— Сюда! — уверенно скомандовала Ева, поставив ногу на первую из череды раздолбанных ступеней.

Снова ход, но уже сухой. Неуловимое подспудное напряжение, возраставшее с каждым шагом, здесь стало таким ощутимым, что, казалось, каменный свод над головой вибрирует. Будто они шли внутри нервной системы башен.

Евины глаза вновь мерцают беспокойной зеленоватой желтизной:

— Слышите? Вроде бы разговаривают…

Ян с Амилией переглянулись. Ничего кроме дыхания и шороха шагов они не слышали, но выражение лица девушки явно отражало его собственное — похоже, она тоже чуяла тугую дрожь камней.

Ева пригнувшись, беззвучно скользила впереди. Тени от фонарей метались вокруг сгорбленной фигуры, искажая размеры и форму, словно танцевали черные призраки. Вскоре появились щели под сводом — то ли кладка обвалилась, то ли задуманные строителями отдушины. Стало светлее. И вновь появились ответвления.

На выложенном побитой мозаикой полу валялся смятый, светлый комок. Бумага? Ян случайно задел его — комок отлетел мягко и невесомо. Тряпка какая-то.

— Погоди, — Ева сцапала находку и рассматривала, неприязненно морща нос. — Тебе это ничего не напоминает?

— Мусор.

— А так? — Она развернула тряпицу. Внутри ткань оказалась чище, и даже угадывались отглаженные складки. Зато на краях отпечатались пальцы, испачканные красным.

— Это платок, — подсказала Амилия удивленно. — Потерял кто-то.

И даже ясно кто. Ян бы сразу узнал его, если бы находка не была такой скомканной и грязной. Он же сотни раз видел эти чисто выстиранные клочки клетчатой ткани, аккуратно выглаженные и сложенные. Там в углу есть заботливо вышитая монограмма.

— Вот, — Ева торжествующе продемонстрировала вышивку.

Они смотрели на тряпку недоверчиво и растерянно. Кого угодно можно было ожидать здесь встретить. Монстра, безумца, сказочную принцессу. Но как предположить, что трусоватый и недалекий Пьетр нашел способ спуститься, опередив их? Да и зачем?

— Наверняка, выронил из кармана, — подумала вслух Ева. И противоречиво добавила: — Не может быть, чтобы он…

— Проклятье! А ведь он действительно всегда оказывался там, где бываю я. Он знал почти все, что я делаю.

— Не может быть! — упрямо повторила Ева и для достоверности потрясла разлохмаченной головой. — Я же говорила, что чую его запах. Эта тварь — не человек, а Пьетр… он обыкновенный.

— Ты также утверждала, что в последнее время он ведет себя странно.

— Надо позвонить в полицию, — Амилия тревожно озиралась, обхватив себя руками ха плечи.

Ян с трудом подавил желание обнять ее, согреть и защитить. Хотя бы курткой снова поделиться. Только сейчас не самый удачный момент проявлять сентиментальную заботу. Лучше по сторонам смотреть.

— Ради этого возвращаться в город? — Ева наморщила лоб. — Сейчас все равно все полицейские заняты на Равнодне.

— И, по-твоему, это помешает им задержать психа?

— Есть способ проверить. Мы вроде бы уже не под землей и если связь есть, то… — она живо вытащила мобильник, набрала номер и, дождавшись отклика, заговорила с деланной беспечностью:

— Лена? Привет!.. Да, спасибо… а Пьетр… Что?.. Что?!. И давно?.. Звони в полицию!.. И что сказали?.. Да, да конечно. Если встречу, то непременно передам… Не плачь!

Ева коснулась кнопки отбоя и уставилась на спутников расширившимися глазами.

— Жена Пьетра сказала, что утром пропала их старшая дочка. Пьетр пошел встречать Майю после тренировки, но девочка не появилась. И он ушел искать ее.

— Куда?

— Лена не знает. Плачет. Говорит, что его телефон не отвечает.

— Давно тут платок лежит?

— При чем тут…

— Возьми след.

Ева насупилась, готовясь выдать гневную тираду. Но передумала, нехотя присела на корточки и склонила голову, забросив косу за спину.

— Может, и не такая дурацкая мысль… — Она глубоко втянула быстро изменившим форму носом воздух, пожевала губами, а потом невнятно проворчала: — Но вот только попробуй скомандовать мне «фас!»…

* * *

…Они порядком запыхались, стараясь не отстать, когда Ева, вдруг приглушенно рявкнула, и, припав к земле, ринулась в проем прежде, чем остальные успели ее остановить. И тут же пошла юзом, когда сообразила, что нужно срочно тормозить. Выпущенные наспех когти оставили на камнях белесые, длинные царапины.