Они устроились вокруг наклоненного к стене зеркала, как примерная семья вечером вокруг телевизора. Даже переговаривались на всякий случай вполголоса. Часы отзвонили первый раз. Зеркало отражало лишь пустую залу. Служители Замка покинули ее к тому времени.

— А нельзя как-нибудь ускорить процесс?

— Извини, только в реальном времени. Кнопки укоренной перемотки в те века еще не предусмотрели.

— Я подремлю, а вы меня разбудите.

— Завидую твоей выдержке.

Они вглядывались в серебристую муть. Ян невольно сдерживал дыхание, сражаясь с исподволь вползающей нервозностью. Вспомнилась полубредовая ночь, когда за спиной в зеркале встал призрак. Его предшественника?

Залязгали металлом часы… Амилия и Ева подвинулись ближе, Ян чувствовал их тревожное дыхание. И слышал его, когда часы смолкли.

— Ничего не происходит, — разочарованно заметила Ева.

— Подожди… — Амилия пошевелилась, машинально коснувшись Янова запястья. — Взгляните!

Появившийся в серой глубине человек стал расти, увеличиваясь по мере приближения. Лица не видно, да и силуэт размыт, но все же понятно, что он идет в их сторону. Останавливается, чуть поворачивается и…

— Ох! — даже Ева отшатнулась, когда изрядно увеличившийся в искаженном отражении человек внезапно замахнулся ножом и резко опустил руку…

Почудилось, он непременно должен попасть в кого-то из сидящих перед зеркалом. На самом деле человек ударил выше, словно всаживая нож в его верхний край. Яну мигом припомнилась недавняя ночь, где такой же зеркальный призрак напугал его похожим замахом. Кажется, часы лязгали за дверью, но он привык к ним и не вслушивался… Так вот что он тогда видел!

— Я знаю, что он делает… — холодок предчувствия прошелся вдоль позвоночника. Ян вынул из кармана подаренный кинжал, который соответствовал прорези в зеркале, словно она и была им проделана. И в отверстие в стене он вошел легко и уверенно, как ключ.

Звучно щелкнуло. Часть стены покорно отошла вместе с зеркалом.

Ну, правильно — где ж еще в башнях прятать тайные ходы, кроме как в стенах? Встроить два цилиндра друг в друга, оставив зазор между ними — и пожалуйста… Узкая, на одного, лестница вилась между стенами. Ян макушкой задел пустой крюк для светильника. Лучи фонарей бились в тесном проходе, пересекаясь.

— Здесь такой странный запах… — Ева беспокойно принюхалась и сдавленно чихнула.

— Опять мыши? Ты же вроде пообедала?

— Очень остроумно… Здесь пахнет, как тогда… Возле погибшей девушки, в парке.

— Какой девушки? — Амилия тревожно оглянулась.

— Значит, эта тварь тут ходит, — Ян повел фонарем по ступенькам, но ничего кроме камней и крысиного помета не заметил. Здесь даже пыли не было, чтобы сохранять следы. — Тогда нам бы не помешало вооружиться…

— Возьми себе топор, — посоветовала, фыркнув, Ева. — А мое оружие — клыки и когти.

— Допустим, мое оружие тоже всегда при мне.

— В таком случае, я чувствую себя в полной безопасности, — беззвучно засмеялась Амилия.

И они оставили Амилию одну в Серебряной! — запоздало ужаснулся Ян.

— Еще пахнет водой… — Ева спустилась на полвитка лестницы, и голос ее звучал приглушенно.

За топором Ян все же вернулся. Предчувствие — это хорошо, но увесистый предмет в руках все же надежнее. И серебряный кинжал забрал и вручил его Амилии. На всякий случай.

Ход в стене не оставлял особого выбора, неумолимой спиралью ввинчиваясь вниз. Вскоре, общий фон изменился. И поначалу-то особых звуков они не слышали, но теперь почувствовали, что спустились ниже уровня земли. Скрипнула медная, покрытая хлопьями окисла, дверь. Сильно пахнуло водой, влажным камнем и плесенью. Ход перестал углубляться и резко свернул, параллельно поверхности почвы. Небольшой, в рост человека, тоннель был облицован плиткой из толстого, мутного стекла.

А потом они попали в Мокрую башню. Если верить путеводителю по Замку, то эту башню тоже не построили, а выдолбили в одной из скал, намереваясь создать в ней укрепленный форпост. И пытались подвести к ней воду из подземных источников. Но маги что-то напутали…

— Ничего себе! — восхищенная Ева, забыв обо всем, оглядывалась, наивно разинув рот.

Амилия поставила ладони под хрустальный, ледяной даже с виду фонтанчик, бьющий, вопреки законам природы и здравому смыслу, прямо из воздуха. Здесь полно было таких — крошечных, как лесной родник и мощных, как гейзер. Словно прозрачные, неспокойные цветы они пузырились и плавали в темной полости пещеры во взвеси водяной пыли.

Впрочем, по стенам вода тоже бежала, превращая скучный камень в дымчатый и черный переливчатый хрусталь.

— Откуда здесь все время льет? — Едва первоначальный восторг миновал, Ева принялась брезгливо встряхиваться, как кошка.

— А откуда в Перепелочьей столько птиц? Со всего света.

— Идем, а то вымокнем…

Правда или нет, что все башни корнями соединены друг с другом, похоже, придется проверить на практике. Остался позади шелест воды, сменившись угрюмым молчанием катакомб. Поворот, развилка… Снова поворот… Длинный спуск… Шествие деловитых крыс… Теперь подъем…