— Я это учту, — невольно улыбнулась Аня.

— Где Агат? — спросил я, когда все, наконец, немного успокоились.

— Он убежал, — сокрушенно ответил Макс, переведя взгляд с Ани на меня.

— Как убежал?!

— Ну, так, — было видно, что ему неловко говорить об этом. — Когда они приехали, я был у Витьки, сторожил этих чеканутых. Услышал шум машины и выскочил на улицу. Их всего было человек пять, и первым делом они кинулись в ваш дом — видимо, знали, куда им надо. Я решил, что это не к добру, хотел уйти, но подумал, мало ли что? И отпустил близнецов.

— Правильно, — одобрили мы втроем.

— Затем я взял Агата на поводок, но он начал лаять и вырываться. Мы рванули в лес, благо, было уже темно, нас не заметили, и, кажется, не услышали — они сами шумели, будь здоров. Но Агат не успокаивался и в какой-то момент поводок вырвался из моих рук, а пес убежал. Я звал его, но тут услышал, что снова завели машину, пришлось затаиться. На этот раз они остановились возле дома Витьки и стали все ворошить там. После этого я ушел глубже в чащу, боялся, что следы меня выдадут, потому путал, как мог. В итоге вышел сюда и стал ждать, надеялся, что вы тоже придете.

— А почему ты не пошел к озеру, чтобы предупредить нас?

— Близнецы обещали мне, что предупредят вас, если вы им катер вернете… А с ними я не рискнул идти.

— Нашел, кому верить, — хмыкнул Витя.

— Они не предупредили?!

— Предупредили, слава богу…

— Ну вот.

— Ладно, — перебила Аня. — Что будем дальше делать? Ты как думаешь, Филипп?

А я думал об Агате. Куда он убежал? Не вернется ли домой? В этом случае он в страшной опасности: скорее всего, его просто застрелят, не посмотрев, что по сути он еще щенок.

— Пойдем через лес? — предложил Витя.

— Через заваленный снегом лес по морозу? Шутишь? — удивился Макс. — Мы и до Крошково не доковыляем.

— Может, на лодке? — предложила Аня. — Она маленькая, но, может, поместимся? Или две ходки сделать на тот берег?

— У этой лодки нет весел, — на этот раз парировал Витя. — Иначе мы бы давно уже на ней свалили.

— Она же моторная!

— А мотор, судырыня, мы уже утопили.

— Ну, вы даете…

У меня тоже была идея.

— А где сейчас стоит их машина? — поинтересовался я у Макса.

— Думаю, все там же: возле Витькиного дома. Они ее больше не заводили.

— Что думаешь? — спросил Витя. — Угоним их машину?

— Это риск, — заметила Аня довольно спокойным, впрочем, голосом.

— Это не риск, это самоубийство, — в отличие от своих друзей я за два месяца выживания приобрел кое-какие навыки и мог трезво оценить наши шансы. — Но нам и не нужна их машина. У нас есть своя.

— Точно! — воскликнул Макс. — Фил, ты гений!

— Если она, конечно, заведется… — добавил я.

— И если ее не нашли дружки Лопарева, — вставила Аня, проигнорировав мой косой взгляд при упоминании этого имени.

— Будем надеяться, что нет, — я обдумывал план. — Сейчас, в темноте, они вряд ли рискнут искать нас: мы эти места знаем, как свои пять пальцев. Значит, дождутся утра. Но мы утра ждать не будем. Надо действовать как можно скорее. И еще, нужно увести их поближе в сторону озера, то есть, подальше от дома.

— И лишить их собственного транспорта, — добавил Витя, похлопав ладонью по стволу «слонобоя». — Думаю, с этой малышкой проблем не возникнет.

— Прекрасная мысль! Осталось решить, как мы будем их выманивать. Есть идеи?

Идей не оказалось. Разве что…

— Можно разжечь костер и положить туда несколько патронов, — предложила Аня. — Когда костер разгорится, патроны начнут взрываться, и шум…

Мы критически переглянулись втроем. Вот тебе и детство полное самодельной пиротехники: до такой простой вещи первой додумалась девушка!

Для надежности решили организовать два костра: один с пистолетными патронами, второй — с ружейными. И тех, и других оставалось не очень много. Поэтому ограничились четырьмя «выстрелами» на каждый «залп».

Макс с Витей направились на разведку, проследить, не приступил ли противник к активным действиям. Мы с Аней на несколько минут остались наедине. Воцарилась неловкая тишина, каждый, как будто, занимался своим делом: я потуже перешнуровывал боты, которые по-прежнему были великоваты, она — собирала сухие иголки на растопку. Наконец, молчать дальше я посчитал просто неприличным.

— Замерзла? — вопроса умнее на ум не пришло.

— Немного, — коротко, в своей манере, ответила она.

— Ты так обрадовалась, когда меня увидела…