Большого прогресса в занятиях магией не было, наоборот, возникли трудности. После разрядки огнем у него получалось сводить до трех потоков, плохо было то, что в результате частых разрядок начала расти сила красного потока.

– Это и хорошо, и плохо, – говорил по этому поводу Энгель. – Хорошо потому, что увеличивает твои силы, а плохо потому, что затрудняет управления остальными потоками. Наверное, все же нужно искать другой путь. Нельзя безгранично увеличивать только один поток, ни к чему хорошему это не приведет. У мага все семь потоков должны быть в гармонии. Ты знаешь язык империи?

– Учили, – осторожно сказал Клод. – Но я им с тех пор ни разу не пользовался.

– Не беда, – успокоил его директор. – Я тебе дам работу, которая может принести пользу и тебе, и школе. Я недавно купил с десяток очень старых книг из империи. Они посвящены разным разделам магии и содержат немало любопытного. Беда в том, что из-за ветхости ими нельзя нормально пользоваться. Займешься реставрацией, а заодно обновишь знания языка. Он тебе все равно понадобится.

– Я этим никогда не занимался, – сказал юноша. – Могу сделать хуже.

– Алоис покажет, что и как делать, – успокоил его Энгель. – Этим у нас обычно занимался он. Я думаю, что тебе будет полезно сдружиться с нашим педелем. Он немного прижимистый, но если ты его освободишь от нелюбимой работы, это качество его натуры на тебя распространяться не будет.

Работа с разваливающимися в руках книгами оказалась интересной, а их чтение – трудным. Мало того что он подзабыл сам язык, многие слова в магии означали совсем не то, чему его учили. Поначалу приходилось беспокоить Энгеля, потом он начал справляться сам. Единственными уроками, на которые ходил Клод, были уроки фехтования. С Сентой он пока шпагой не занимался, но к учителю привел, и тот показал девушке десяток упражнений. Увидев, что у нее начался рост мышц, Сента занималась ими все свободное время. По ее просьбе парни убрали из комнаты три лишние кровати и пододвинули стол к стене. Педель поворчал, но, поскольку за девушку попросил Клод, открыл им подвал и разрешил снести в него всю лишнюю мебель.

– Хватит тебе отжиматься, – сказал заглянувший к подруге Клод. – Ты и так уже вся мокрая. Во всем нужно знать меру. Так тебе и занятия со шпагой не понадобятся.

– Оботрусь, – не прекращая отжиматься, ответила она. – Не хочешь со мной заниматься – и не надо. Я уже договорилась с Эггертом. У него почти каждый день есть свободное время для занятий!

– А откуда оно у тебя? – удивился юноша. – Когда он свободен, ты сама на занятиях.

– Договорилась с директором, – коротко ответила она. – Он разрешил мне пропускать по уроку в день. Конечно, с условием, что не отстану.

– А ты не отстанешь?

– Ты мне друг? – спросила она, без сил ложась на пол.

– Зачем задавать глупые вопросы?

– А раз друг, значит, должен делиться. Ты знаешь заклинаний в десять раз больше меня, вот и поделишься. Я слышала от Колина, что ты ему по этому поводу говорил, но не боюсь. Передашь мне только десяток заклинаний из тех, которые сложно запомнить. От этого никакого вреда не будет, а мне сэкономишь уйму времени.

Он не стал спорить с настырной девушкой и выполнил все, что она просила. Теперь с Сентой занимался Эггерт, а его на ее физические занятия не отвлекали.

– Твоя Сента славная, – сказал Клоду Игорь, когда зашел к нему после ужина. – Еще худая, но уже видно, что фигурка будет – то что надо. Молодая только, но вам спешить некуда. Ты ее сколько лечишь?

– Немногим больше месяца, – ответил Клод. – И она не моя, мы просто дружим. Послушай, Игорь, почему ты не хочешь рассказывать о своем мире? Каждый раз, когда я завожу о нем разговор, ты его уводишь в сторону.

– У нас слишком разные миры, – недовольно сказал приятель. – Нет никакой магии, а вместо нее наука.

– У нас тоже есть наука, – возразил Клод. – Есть даже Университет.

– Толку от вашего Университета, – отмахнулся Игорь. – Ваши ученые давно ничего не ищут сами, а только спрашивают у таких пришельцев, как я. А из-за магии от того, что они узнали, нет никакой пользы.

– Из-за магии? – не поверил Клод. – И кому она мешает?

– Ну не только из-за магии, но и из-за нее тоже. У вас здесь все вообще кустарное. Ты извини, Клод, но по сравнению с нами вы дикари. Очень мало знаете и почти ничего не можете. А из-за магии еще и не хотите мочь.

– Объяснить можешь?

– Мы были примерно такие, как вы, только без магии, – начал рассказывать Игорь. – А, может быть, была и магия. Сейчас этого никто толком не знает, потому что было очень давно, а всю историю переврали. Потом появился порох, и мы начали развиваться. Все развитие началось с оружия и военного дела. А вам этого не нужно, потому что во многих случаях магия сильнее оружия и обходится дешевле. Вы переняли у нас пистоли и мушкеты, но их очень мало, и они погоды не делают. У вас даже до сих пор используют арбалеты, потому что мало пороха, и он дорог. По этой же причине отказались от пушек. Это такие мушкеты, которые одним выстрелом убивают десятки вражеских солдат и разрушают крепостные стены. Зачем возиться с порохом, перелопачивая горы дерьма, когда есть магия? И это при том, что императоры запретили вам огненную магию. А с ней вообще никакая артиллерия не нужна. На самом деле нужна, но вашим этого не докажешь.