– Вы правы, – подумав, согласилась она. – Это будет полезно сделать.

– А какой расклад сил в вашей семье? – спросил Баум. – Спрашиваю потому, что немного знаком с семейством графов Ургелей и знаю, что они действуют сообща только в редких случаях. Как с этим у вас, и какие у вас с ними отношения? Неужели все поголовно вас не любят?

– Многие из родичей обо мне давно забыли, – усмехнулась Хельга, – но вспомнят, если им кто-нибудь напомнит, а такие найдутся. Я наплевала слишком на много писаных и неписаных правил, чтобы меня любили, но и неприязни нет. Пока я никому не мозолю глаза, все делают вид, что меня нет. Поэтому, если мне вдруг сильно повезет, забудут уже о том, что воротили от меня носы. Но везение для меня – это только удачный брак. Учитывая мой возраст и замашки, а так же отношение родственников, на это рассчитывать не приходится.

– Посмотрим, – сказал Клод. – Если начнется война с севером, она вызовет сильные потрясения. Многое может измениться. Да и я, если получится выбиться в люди, постараюсь вам помочь.

– Имейте в виду, барон, – опять усмехнулась Хельга. – Если у вас ничего не выйдет с карьерой и не получится брака с вашей любимой, я готова занять ее место. И мне нужно не ваше высокое положение, достаточно будет вас самих. Я для вас, конечно, старуха, но это только пока. Через несколько лет разница в возрасте никакой роли играть не будет. Что такое восемь лет, когда их впереди две сотни?

– Я это запомню, – ответил он. – Но учтите, что я вам ничего не обещаю. Ко мне может приехать еще одна девушка, которой я не обещал ничего, кроме помощи. Но у нее тоже надежды...

– Вы честны и надежны, сильны и красивы, – грустно сказала Хельга. – Стоит ли удивляться тому, что к вам липнут женщины? Большинство из них ищет в мужчинах именно эти качества. А если вы еще добьетесь богатства и власти, возле вас будет не протолкнуться от поклонниц. Хотя я и тогда попытаюсь.

– Вы что-то ищите? – спросил Баум. – Не столько читаете, сколько перелистываете. Помощь не нужна?

– Ищу образ пострашнее, – ответил Клод, – но пока ничего интересного не нашел. Наверное, придется ограничиться демоном.

– Ничего не понял. Зачем вам страшилки? Кого вы ими собираетесь пугать?

– Кого получится, – засмеялся юноша. – У меня не очень хорошее положение, Джед. Силы больше, чем у других, а использовать ее опасно. Помните, сколько у меня было огня?

– Еще бы! – ответил Баум. – До сих пор завидно.

– Нечему там особо завидовать, – сказал Клод. – Для меня огонь – это последнее средство, когда уже нечего терять. Сожгу всех, до кого смогу дотянуться и останусь без силы. Будет еще заморозка, но она хорошо действует, если вложить всю силу двух других потоков. Нанесу огромный ущерб и останусь без силы. Если после этого не все разбегутся...

– И вы хотите пугать, – понял маг. – Подействует ли?

– В Альфере подействовало, – улыбнулся Клод. – Больше сотни человек так драпанули... А там ведь было много молодых мужчин. Ментальную магию почти никто не принимает всерьез из-за того, что у всех есть от нее амулеты, а очень сильных магов, способных их продавить, единицы. А раз есть амулет, а ты видишь крысу, значит, крыса настоящая.

– Вы говорите о той крысе, о которой мне рассказывали? – спросила Хельга. – Почему ее образ не использовать второй раз?

– По двум причинам, – ответил он. – В Альфере было много женщин, а у мужчин почти не было оружия. Да и не было у них никакой необходимости собой рисковать, вот и убежали. А если у них будет приказ и оружие в руках, могут и не убежать. Тогда им не понадобится много времени, чтобы понять, что крыса живет только в их воображении. Кроме того, мы из Альфера уехали не сразу, и кто-то мог это сделать раньше и разнести эту историю. Нет, нужно что-то такое, против чего бесполезно оружие. Страх должен лишать рассудка, тогда может что-то получиться.

– И вы выбрали демона, – кивнул Баум.

– Больше ничего не приходит в голову, – признался юноша. – От тигра воины не разбегутся. Мне несложно создать пентаграмму вызова, а потом поместить в нее образ демона. Для достоверности могу даже произнести формулу вызова. Все равно, пока не вставлю координаты нужного мира, это работать не будет. Но их отсутствие заметить очень сложно, а демон будет у всех на виду.

– Тут я вам не помощник, – сказал Баум. – Листал когда-то «Демонологию» и смотрел картинки. Формулу вызова не помню, да и координаты миров... Зачем забивать себе голову ненужными сведениями? У нас церковь прямо не запрещает вызовы, просто относится к такому с неодобрением, но дураков, желающих связываться с демонами, мало. Если они появляются, то, как правило, долго не живут. Какого демона вы выбрали? Можете показать?

– Самого страшного из тех, кого запомнил. Смотрите, – Клод вызвал иллюзию огромного, в полтора человеческих роста мужчины, до невозможности мускулистого, с красной кожей. Вид был такой, как у человека, с которого содрали кожу. Лицо походило на человеческое, только нос был плоский и в два раза шире, под ним находились толстые губы, а передняя челюсть сильно выдавалась вперед. Довершали облик красные глаза, огненно-рыжие курчавые волосы и большие оттопыренные уши.

– Ничего себе! – потрясенно сказала Хельга, уставившаяся на вздыбленное мужское достоинство демона. – А зачем на конце шипы?