Надеясь наконец-то восполнить запас энергии, я заставил себя как следует поесть. Мне нужно было узнать все подробности жизни Холли и Адама в этом году, и желательно обойтись без прыжков во времени, потому что они лишь мешали, затягивая все глубже в прошлое. Я знал одного парня, способного мне помочь, но общение с ним вряд ли можно было назвать приятным.

Пройдя по пустому коридору общежития Нью-Йоркского университета, я постучал в самую последнюю дверь. Она открылась — коридор наполнился громкой музыкой, — и пухлый парень с сальными волосами и набитым ртом за рубашку втянул меня внутрь.

— Тихо! Молчи!

— Гм… ладно.

Я огляделся по сторонам. Это была маленькая комната на одного, заваленная грязной одеждой и коробками от еды на вынос. Где-то под ними должна быть кровать. Во всяком случае, мне так показалось.

Хозяин покрепче завязал потрепанный пояс банного халата.

— Откуда ты узнал обо мне?

— От одного твоего приятеля, вы вместе ходите на социологию.

Грязный Леон (я знаю его именно под этим именем) учился на последнем курсе Нью-Йоркского университета, когда я только поступил туда. Считалось, что он может найти ответ на любой вопрос. И, похоже, погрузившись в работу, он часами не вставал со стула и поедал готовые сандвичи и маринованные огурцы целыми банками.

Грязный Леон вскинул бровь, но все же кивнул:

— Хорошо, теперь ты один из нас.

Боже, надеюсь, что это не так.

— Ну… расскажи, как ты это делаешь?

Ему пришлось сбросить несколько пар трусов на пол, чтобы освободить себе место перед экраном компьютера.

— Ну, во-первых, это деловое соглашение. Конфиденциальность — обязательное условие, но клиенты еще никогда не подводили меня.

— Видимо, перед твоим очарованием невозможно устоять.

— Иногда у меня бывают рискованные задания, и я получаю информацию, из-за которой многим может грозить тюрьма. А теперь рассказывай, что тебе нужно.

— Хочу найти кое-кого. Основные данные, адрес и название школы у меня есть.

Он кивнул:

— Это девушка, и ты хочешь больше знать о ее жизни. Ничего сложного, если только она не на государственной службе или не меняла пол.

— Ни то, ни другое.

Я рассказал ему то, что знал о Холли, и, ожидая ответа, прислонился к двери, потому что в этой комнате невозможно было присесть, не дотронувшись до грязной одежды хозяина.

— Судя по данным Внутренней налоговой службы, у нее есть работа, — сообщил Леон через несколько минут, не отрываясь от экрана компьютера.

Что ж, его мастерство впечатляет…

— Какая именно?

— В компании под названием «Аэротвистерс». Это в Ньюарке.

— Это кафе, где готовят смузи?

Леон быстро набрал что-то на клавиатуре, и на экране появилась фотография Холли.

— Это спортивный клуб, она ведет занятия по физкультуре в дошкольной группе и занимается организацией праздников. Но ты уже вышел из возраста ее воспитанников.

В будущем Холли расскажет мне, что преподавала физкультуру, но я не знал, где именно.

Вглядевшись в экран, я радостно улыбнулся:

— Им нужен новый сотрудник.

— Для уборки и технического обслуживания. Ты уверен, что справишься с этим?

Не факт.

— Постараюсь, если мне нужно будет произвести на нее впечатление.

Леон уставился в стену над моей головой.

— Это зависит от того, какой подход ты выберешь. Трудолюбивый парень, который не боится запачкать руки… здесь пахнет победой.

— Это точно!

Если я не провалю это дело.

Он снова повернулся к компьютеру:

— В сегодняшнем письме по электронной почте владелец зала пишет, что утром у них возникли проблемы с канализацией, настолько серьезные, что, цитирую, «я готов был рвать на себе волосы». Похоже, это твой шанс!

— Круто! Может быть, ты и резюме для меня составишь?

Леон улыбнулся, продемонстрировав грязные зубы с застрявшими между ними кусочками маринованных огурцов:

— Я представлю тебя лучшим специалистом по уборке и техническому обслуживанию во всем Нью-Джерси! И это будет стоить еще пятьдесят баксов.