У меня нервная дрожь пробежала по телу. Сразу показалось, что позади в луче прожектора мелькнул тёмный четырёхлапый силуэт.

— Точных данных, откуда они взялись, нет, они не программные…

Проклятье, да тут такая же картина, что и в Зомбятнике! Самогенерация новых монстров!

— В первый раз их встретили неожиданно — в тоннелях, расположенных под зоопарком. Наткнулись ребята с «Беговой», по легенде их в группе пятеро было, назад вернулись двое… Все охренели! Новые грызуны без шипастого хвоста достигали более двух метров в длину, а в холке ростом с телёнка, прикинь к носу! Сначала выжившим никто не поверил, тогда в Метро и штатных монстров хватало… А потом крысы истребили почти всех прочих тварей. Очень быстро бегают, прыгают на двадцать метров, особо крупные экземпляры летят на тридцать.

— Зато их бить можно, особой крепости на рану нет! — Боб попытался смягчить информационный удар. — И мясо отменное, деликатес. Выгодная тема.

— И у нас мясо отменное, — скептически бросила Огонёк, поворачиваясь вперёд. — Крыс так думает. Так что смотри, Гунн, смотри…

И я смотрел. До боли в глазах.

Первая станция прошла мимо башки. В смысле, незаметно для журналистики.

На здешнем жиденьком заслоне нас даже тормозить не стали, обошлись световыми сигналами. Я настолько пригрузился грызунами-монстрами, что не смог прийти в себя даже тогда, когда тачанка замерла у перрона. Даже названием не поинтересовался.

Станция — полный антипод «Новокузнецкой».

Кирпича почти нет, сплошь фанера, доски, шифер и тонкая оцинковка. В центральном проходе горят несколько костров, запахи разномастной готовки смешиваются с ароматами подгнившего дерева и характерным амбре тоннелей… Гниль отходов шибает в нос. Боб быстро отдал подскочившему посыльному два пакета с пятнами сургуча, выгрузил три небольшие картонные коробки, прихваченные для местных торгашей, взамен же мы не погрузили ничего. Какой-то нагловатый хмырь пытался напроситься в попутчики, экипаж просьбу бродяги категорически отверг.

Жестяной бесплатный фильм «Прибытие тачанки» сбежалось посмотреть почти всё население станции, из чего я сделал вывод, что с занятостью трудоспособного населения здесь большие проблемы.

В дальнейшем пути Боб то и дело сворачивал в «боковушки», так он называл отходящие в стороны вспомогательные ветки, хитро перескакивая с линии на линию. А я всё пялился назад… Теперь тачанка не внушала! Что им стоило смонтировать на корпусе сплошную броню, как это сделано на большинстве «зээмок»? По сути, мы сидели в клетке, я заметил, что в Метро вообще любят решётчатые конструкции.

— Нужен хороший обзор, это очень важно, Гунн! Важней, чем сплошная защита, — рассказывал Боб. — Если увидишь, что со стены течёт вода, сразу сообщай Огоньку, она проверит и занесёт в журнал наблюдений! Журналы по итогам рейса сдаются начальству для проверки, составляется сводка для путевых обходчиков и ремонтных бригад. Надо следить за дверями тоннеля — и оттуда могут выскочить, суки! Под колёса порой бросаются, представляешь! Слетишь с рельс — и будешь лежать, как в банке, пока не доберутся.

Адамс не стал уточнять, кто именно доберётся.

— Кроме того, двигатели на небольших тачанках используются маломощные, с возможно минимальным расходом топлива. Так что полный броневик с таким весом будет тащиться, как черепаха.

— Ребята, а как же стандартные твари? Те, что из книжек и игр? Библиотекари и демоны, бестии и всеразличные упыри, даже гальванические, как помню, встречались такие… И особенно эти, зараза, Чёрные, или Тёмные, что бормочут что-то типа: «Мы хотим помочь. Мы хотим мира»… Гуманоиды, потомки людей, переживших ядерный апокалипсис.

— Хрен там! — радостно ответил Боб. — Просчитались мечтатели, и я в том числе! Библиотекарей не было вообще, нынешний молодняк книжки почти не читает, глупо ожидать, что они потащатся в Ленинку! Бестий, то есть летучих крыс, тоже никто не видел, упыри встречаются, это очень опасные противники, именно они чаще всего нападают на заслоны и опорные пункты. Мясо несъедобно, вонючее и горькое. Вроде бы поначалу Тёмные появились на «ВДНХ», но по какой-то причине дальше по ветке не пошли. Отсекли тоннель гермодверью, и всё, не беспокоят. Говорят, что позже всех Тёмных выкосил крыс.

Станция метро «ВДНХ»… Ёлки, там же мой дом совсем рядом! Вот бы посмотреть!

— Ребята, а квартиры на поверхности в каком состоянии? Набиты полезным ништяком или пустые коробки? Насколько точно проведено моделирование наземного жилья?

— Коробки в основном, — первой ответила Огонёк. — Только те квартиры полны, владельцы которых нынче торчат на Рассаднике и живы до сих пор. А что, есть предложения?

— Да у меня хата рядом со станцией «ВДНХ»…

— Это мило! — прощебетала Огонёк. — Можно и заскочить, свои хаты мы давно посетили. Что у тебя там ценного завалялось?