Берендеев в ответ тоже вздохнул и задумчиво уставился в стену. Собственно, он ждал этого разговора и даже хотел завести его сам, только не знал как. Более решительный Виталий сделал это за него, и теперь Павлу, хочешь не хочешь, предстояло продолжить его.

– Что она учудила-то? – по-прежнему глядя в стену, спросил он.

А Маргарита успела учудить уже многое. Начать с того, что ее ночные звонки Соловьеву стали уже постоянными. Виталий вежливо пытался объяснить ей, что не настроен на столь плотное общение, но Маргарита ничего не хотела знать. Разговоры велись примерно в таком духе.

– Алло, – вкрадчиво звучал в трубке женский голос. – Это я…

– Добрый вечер, – вежливо отвечал Соловьев. – Надеюсь, у вас с Павлом все в порядке?

– А что должно быть не в порядке?

– Ну, просто времени уже половина второго, я забеспокоился, не случилось ли чего. Но раз все в порядке, тогда доброй ночи.

– Виталий Владиславович, почему вы не хотите со мной общаться? – манерным голосом вскрикивала Маргарита.

– Просто уже поздно, я собираюсь спать, – пояснял Соловьев.

Маргарита вздыхала и эротичным шепотком продолжала:

– Пусть вам приснится то, о чем вы грезите наяву…

Он не грезил о ней. Но Маргарита упорно не хотела этого понимать. Более того, после одного ничего не значащего эпизода она посчитала, что у нее есть основания претендовать на роль подруги Соловьева.

Как-то раз в воскресенье Виталий собирался к Берендееву, чтобы обсудить один деловой вопрос. Так получилось, что Павла не оказалось дома. Вместо него в квартире были его жена с подругой, той самой Светланой Камышовой. Последняя являла собой полную противоположность типажа Маргариты – крупная, высокая блондинка. Даже слишком крупная.

– Ах, Виталий Владиславович! – тут же всплеснула руками Маргарита. – Наконец-то вы почтили меня своим присутствием. Ну зачем же вы стоите на пороге, проходите скорее! А то две одинокие женщины уже измаялись от скуки.

У Соловьева было хорошее настроение, и он решил пройти в комнату и попробовать дождаться Берендеева. Две одинокие женщины занимались тем, что сидели у стола за бутылкой водки, хотя час для подобных возлияний, по мнению Виталия, был очень ранним – полдень. Причем одна из бутылок, уже пустая, стояла на полу под столом, а вторую подруги, видимо, совсем недавно откупорили.

Берендеева тут же скользнула к серванту и, достав из него рюмку, поставила перед Соловьевым.

– Нет-нет, я днем не пью, – отказался тот, накрывая рюмку ладонью.

Подруги тут же наперебой загалдели, убеждая Виталия, что и они вовсе не пьют и от одной рюмки с ним ничего не случится, к тому же сегодня воскресенье. Соловьев не уступил.

– А вы-то по какому случаю пьете? – задал он праздный в данном случае вопрос.

– С горя, – вздохнула Светлана.

– С какого же? – уточнил Виталий.

– Да вот, с мужиками не везет! – на высокой ноте воскликнула Маргарита и плеснула себе полную рюмку, как бы с досады. Женщины выпили.

– Ну вы даете! – искренне удивился Соловьев. – Прямо так уж и не везет? Ну а если даже и так, то нужно подумать, как изменить ситуацию.

– Я только об этом и думаю, Виталий Владиславович, – многозначительно вздохнула Маргарита.

– Значит, не в том направлении, – возразил Соловьев. – В первую очередь нужно менять образ жизни. От того, что вы будете сидеть тут, пить и попусту вздыхать, ничего не изменится. Вообще, мне кажется, вам скучно потому, что у вас нет никакого дела, занятия интересного. А на свете столько всего существует! Чего киснуть-то за рюмкой и сокрушаться? Нет, я не агитирую вас непременно устроиться на работу, не хотите – не нужно, но ведь есть и другие занятия? Ну вот, например, хотя бы… – он ненадолго задумался, потом, повеселев, продолжил: – Вот, например, хотите – приходите к нам в спорткомплекс, выберете себе занятие по вкусу. Это, кстати, весьма полезно… Обе приходите, – он окинул выразительным взглядом полную фигуру Светланы.

– Ох, спасибо, Виталий Владиславович! – с придыханием воскликнула Маргарита, незаметно подав знак глазами Светлане, и та вышла на кухню. – Вы так хорошо меня поняли!

– Да что же тут понимать-то! – пожав плечами, хмыкнул Соловьев. – Мне с самого начала все было ясно, почему вы скучаете.

– Вот как? – Маргарита, казалось, помрачнела. – Неужели вы так быстро меня разгадали?

Соловьев не ответил. Вместо этого он неожиданно спросил:

– Маргарита, а почему у вас нет детей?

– Потому что… – Берендеева хотела ответить что-то неопределенное, но замолчала и, прищурив глаза, откинулась на спинку стула. Лицо ее стало серьезнее.

Она налила себе водки, залпом выпила, не дожидаясь, что кто-то составит ей компанию, затем закурила и медленно стала выпускать дым.

– Это сложно, – наконец тихо проговорила она. – Можно, конечно, найти тысячу причин, но это все будут отговорки. А главное заключается в том, что я, видимо, не хочу рожать от Павла Николаевича.

– Чем же он так плох? – недоуменно спросил Соловьев.