— Вот оно! — пронеслось в голове Шешковского. — Мое спасение.

Спустя полчаса, оговорив все нюансы и роль каждого в раскрытии «государственной измены», коллеги неслись в карете в сторону Гатчины…

После парада и скучного ужина с императором и несколькими его офицерами, Морев с Сокуровым были препровождены в отведенные им покои и улеглись спать. Утром Павел пожелал лично осмотреть «Левиафан» и познакомиться с командой.

— Неприятный все-таки он тип, — думал Морев, беспокойно ворочаясь в жаркой постели. — Очень неприятный.

Среди ночи его сон был прерван каким-то шумом за дверью, потом она распахнулась, и на пороге возникли несколько темных фигур.

— Собирайтесь, вы арестованы! — рявкнула одна из них.

Чуть позже, в сопровождении конной охраны, от дворца отъехали две кареты и направились в сторону Санкт-Петербурга…

Когда к вечеру вызванные в императорский дворец Морев с Сокуровым не вернулись на корабль, оставшийся за старшего Круглов не придал этому особого значения. Мало ли какие дела могли их задержать на берегу.

Однако когда они не появились и к утреннему подъему флага, старпом забеспокоился. К тому же исчез особист, накануне отпросившийся в город.

— Что-то здесь не так, — решил для себя Круглов и, вызвав к себе помощника, приказал тому усилить верхнюю вахту.

— Ты думаешь, что-то случилось? — вопросительно взглянул на приятеля Лобанов.

— Не исключаю, — нахмурился старпом. — Очень уж долго они задерживаются, да и эта лиса Березин как в воду канул. Не нравится мне все это.

— Да, действительно странно, — согласился помощник. — А я тут список подготовил для увольнения в город.

— Никаких увольнений, пока не вернутся наши.

— Хорошо, — пожал плечами Лобанов и покинул каюту.

Вскоре в рубке, рядом с верхним вахтенным, появился еще один.

А ближе к полудню, когда стоя на мостике, старпом принял решение отправиться к Грейгу, дабы выяснить, что случилось, от портовой стенки отвалил паровой баркас и задымил в сторону крейсера. На его палубе находились три десятка солдат и два незнакомых Круглову офицера, в непривычной для глаза форме.

Когда баркас подошел ближе и закачался у борта, старший из них потребовал, чтобы подали сходню.

— Я вас не знаю! — бросил сверху Круглов. — Кто вы и с чем прибыли?

— Я командир гатчинского полка, генерал фон Клюге! — выпятил грудь старший из офицеров. — По повелению его императорского величества крейсер арестован!

— Во как? — сделал удивленное лицо Круглов и обернулся к вахтенным, — оружие к бою!

Те щелкнули затворами автоматов и взяли баркас под прицел. Еще через секунду, грохнувший с баркаса залп слился с треском автоматных очередей и половину солдат смело с палубы.

— Отставить! — заорал старпом, видя как судно, дав задний ход, отходит от крейсера, и сгреб под мышки сползающего на него мичмана. Голова того безвольно моталась, а из простреленного плеча толчками выбивалась кровь.

Вызвав наверх подвахтенных, которые спустили раненого вниз, старпом объявил на корабле боевую тревогу.

— Вот суки, — возмущался помощник, наблюдая как крейсер, снявшись с якоря, оттягивается в сторону моря, — нахрапом хотели взять.

Вместе с Кругловым они приняли решение отойти подальше от береговых батарей и при необходимости погрузиться в позиционное положение.

— Юрий Михайлович, семафор с берега, — доложил старпому стоящий на рулях боцман.

«Прошу застопорить ход. Иду к вам, Грейг», — вскинув к глазам бинокль, прочел сигналы мелькавших на одном из бастионов флажков Лобанов.

— Что будем делать? — взглянул он на стоящего рядом Круглова.

— Стопори, — сплюнув за борт, процедил тот. — Нужно все-таки выяснить, что случилось.

Вскоре катер с адмиралом подошел к борту и Грейг поднялся в рубку.

— Ну и натворили вы дел, господа, — сказал он, пожимая руки старпому с помощником. — У Клюге с десяток солдат убиты и многие ранены.

— Мы только защищались, — хмуро ответил Круглов. — Они открыли огонь первыми. Самуил Карлович, объясните наконец, в чем дело? — наклонился он к адмиралу. — Где командир с заместителем, и почему нас пытались арестовать?

— М-м-м, — пожевал губами Грейг. — Насколько мне известно от покойного, они замешаны в каком-то заговоре.

— Какая чушь! — возмутился Лобанов. — Этого не может быть.

— И я так считаю, — кивнул головой Грейг. — Но таково повеление императора. Что думаете предпринять дальше? — пытливо взглянул он на офицеров.