Тот согласно кивнул головой, все трое спустились вниз и вышли на обширное крыльцо. Погожее осеннее утро радовало глаз лучами нежаркого солнца, бледной синевой северного неба и золотом опадающих с деревьев листьев. Откуда-то издалека доносился мелодичный звон колокола и разноголосые крики петухов.

Когда все уселись в карету, сопровождавший ее верхом на кауром жеребце молодцеватый драгунский офицер в каске и синем, с красной оторочкой мундире, рявкнул сидящему на козлах бородатому кучеру: «Пошел!» — и карета выехала в город. Покачиваясь на мягких подушках, Морев с интересом взирал на древний Архангельск, слушая комментарии своих спутников. Миновав гостиный двор, шумевший многочисленной разноязычной толпой и белокаменную громаду Михайло-Архангельского монастыря, карета вскоре выехала за крепостную стену и направилась по выложенной булыжником дороге в сторону зеленого бора, расположенного на берегу моря, неподалеку от порта.

Здесь, под сенью вековых сосен, окруженный высокой кованой оградой, стоял каменный двухэтажный дом с башенкой, выстроенный в европейском стиле. При появлении кареты, двое солдат в зеленых мундирах распахнули створки массивных ворот и, въехав на широкий зеленый двор, она остановилась у украшенного каменными львами подъезда, из которого вышел и поспешил навстречу коренастый человек в синем камзоле и напудренном парике.

— Вот мы и приехали, — сказал наместник и ступил в предупредительно открытую спешившимся драгуном, дверь кареты.

— Это моя летняя резиденция, господин капитан. А это мой секретарь, коллежский асессор Клавдий Павлович Розанов, — представил Мельгунов склонившегося в низком поклоне человека. — Дом пуст, — продолжил он, — а посему вы и ваши старшие офицеры могут расположиться в нем, младших же мы разместим в одной из казарм охраны, — указал он рукой в сторону нескольких строений, расположенных в глубине обширной усадьбы. — А теперь прошу осмотреть помещения, устроят ли они вас.

Летняя резиденция генерал-губернатора была столь же обширна, как и зимняя, и с успехом могла уместить в великолепно меблированных комнатах не один десяток постояльцев. Помимо них, там имелись просторные обеденный и танцевальный залы, большая кухня с подвалом и помещения для прислуги. Казарма оказалась также довольно вместительной и вполне пригодной для проживания.

— Прекрасные помещения и место, ваше высокопревосходительство, — не скрывая своего удовольствия, — сказал Морев. — К тому же недалеко от порта. Я глубоко вам признателен.

— Пустое, — улыбнулся Мельгунов. — Вы на моем месте поступили бы точно так.

— А ты, Григорий Дмитриевич, позаботься, чтобы сегодня же сюда завезли самые свежие продукты, горячительные напитки и найди хорошего повара.

— Будет сделано, Алексей Петрович, — без промедления ответил наместник. — А повара я пришлю своего личного. Готовит подлец, пальчики оближешь.

— Может не стоит повара, господа? — попытался отказаться Морев. — У нас свой кок имеется.

— Еще как стоит, — хитро прищурился наместник. — Глядишь, мой у вашего чему-нибудь новому научится. К слову, таких вкусных щей, как у вас на борту, я, право дело, не встречал, хоть на этом деле собаку съел.

— Да, Григорий Дмитриевич у нас первый гурман на всю губернию, — весело рассмеялся Мельгунов. — Теперь в отношении обслуги. Клавдий Павлович, — обратился генерал-губернатор к безмолвно стоявшему секретарю. — Пришли сюда, батенька, десяток лакеев порасторопней и нескольких прачек поядреней.

Морев хотел было вновь возразить, но Мельгунов опередил его, заявив, что никакие возражения не принимаются. — Берег, батенька не корабль, — назидательно произнес он. — Тут без лакея офицеру никуда. Сам служил, знаю.

Ну, в отношении вашего размещения вроде бы порядок, — взглянул на Морева генерал-губернатор. — По всем возникающим вопросам в мое отсутствие обращайтесь к Клавдию Павловичу, он будет находиться здесь постоянно.

Теперь по поводу съезда команды на берег. Ее переправит пакетбот начальника порта, а людей и вещи доставят сюда на гужевом транспорте. Григорий Дмитриевич даст на этот счет необходимые распоряжения.

— Когда выслать пакетбот? — Наместник вопросительно взглянул на Морева.

— Если можно, завтра к полудню, — ответил Морев.

— Отчего ж нельзя? — вспушил роскошные усы генерал. — Все в нашей власти.

После этого все вернулись в город и отобедали у наместника. Во время обеда Морев сообщил, что у него на борту находится подобранный в Атлантике английский морской офицер с потопленного голландским кораблем фрегата «Лоустофф».

— Сие весьма интересно, — оживились хозяева. — И как вы думаете с ним поступить?

— Свезти на берег и посадить на какой-нибудь купеческий корабль, следующий в Англию, — пожал плечами Морев.

— А вот этого делать, батенька, пока не стоит, — со значением произнес Мельгунов. Его не устраивала мысль о том, что в этом случае Европе станет многое известно о необычном корабле Морева. — Англичанина, Александр Иванович, потрудитесь доставить ко мне, — продолжил генерал-губернатор, — а я с первой оказией отправлю его в Санкт-Петербург. Ну а там, установленным порядком, его передадут послу короля Георга.