Шрифт:
Некоторое время мы провели в молчании. Надо было идти дальше, ведь не век стоять в темноте, но свет… Как же без света?
Вдруг я увидел слабое свечение.– Патрик…
– А?
– Я вижу твои часы, они светятся.
– А! Да…– встрепенулся он. – А я вижу твой геосканер. Он тоже светится.
Я поднял руку и тоже увидел слабое свечение прибора.– Верно…
– Мы правильно идём? – осведомился О'Доннел.
– Как по шоссе! – заверил я.
– Тогда двинули. Ощупью. Лучше идти, чем сидеть и ждать, когда стены сами собой расступятся. Надо как-то убрать с дороги эти нити… Знаешь, лучше их не трогать, а бросать в них камни. По идее, они должны отреагировать, как на факел.
– Попробуем, – согласился я.
Подняв с земли первый попавшийся обломок, я бросил его в сторону нити. Промах! Бросок О'Доннела был более удачным. Нить затрещала уже знакомым звуком, подхватила камень и исчезла. Идея оказалась верной. Некоторое время мы швыряли камни в сгущающейся тьме, наконец, когда последняя нить пропала, настал кромешный мрак. Ежесекундно спотыкаясь о камни, мы двинулись дальше. Мы шли в темноте, придерживаясь стены, как единственной надёжной опоры в этом мире без света. Наши приборы, часы и геосканер, последние весточки цивилизации, светились в темноте и не давали упасть духом. Я не знаю, сколько мы брели, избитые о камни ноги молили о пощаде, но я стиснув зубы, брёл за Патом. Мне не хотелось быть обузой. Наконец, О'Доннел остановился и произнёс:– Привал. Пора отдохнуть…
Я с искренним облегчением опустился на землю, и опёрся спиной о каменную стену. Холод пещеры приятно остужал разгорячённое долгой ходьбой тело. Ноги гудели, сердце постепенно успокаивалось. Было так хорошо, так приятно сидеть в этой тьме, опираясь спиной о гладкую стену…
Гладкую??? Я пошарил рукой – сомнений не было, стена и в самом деле гладкая, как будто полированная. Искусственная?– Патрик…
– А…
– Стена гладкая. Кто-то обработал её…
– Что??? – не поверил Пат.
Я не ответил – пусть убедится.– И в самом деле, – через секунду сообщил он. – Цивилизация… Кому…
И тут вспыхнул свет. * * * Мемокарта подошла, как миленькая, замок щёлкнул и дверь распахнулась. Из открывшегося проёма на меня пахнуло холодом и сыростью. Похоже, я права, вот он выход наружу. Оглянувшись, я увидела, что в коридоре никого нет, и уже хотела проскользнуть внутрь, когда поняла, что впереди кромешная темнота. Свет, падающий из-за спины, озарял лишь пространство перед дверью, а дальше никаких ламп не было. Одна тьма… Идти туда без фонаря нельзя, надо вернуться. На ощупь далеко не убежишь… В задумчивости я вернулась в свою келью. Новая задача. Будь тут Серёжка, он что-нибудь придумал… Где же найти фонарь? Факел, что ли соорудить? Из простыни и ножки табурета. Хотя, неизвестно, как будет гореть моё изделие. Экспериментировать тут не выйдет. Кстати, ещё одна беда – нечем поджечь факел. Ни спичек, ни зажигалки у меня нет. Проблема… И тут я вспомнила, что в монастыре имелось одно интересное место. Когда я проходила мимо, то увидела стеллажи и тогда ещё подумала, что это наверно склад. Может, имеет смысл посмотреть там? По идее, фонари в монастыре должны быть. Ведь должны же монахи выходить наружу? Чем же тогда они освещают путь по коридору? Тем же вечером, после колокола, сзывавшего братию на молитву, я осторожно выглянула за дверь кельи. Похоже, все монахи уже были на молебне, лишь вдали слышалось шарканье запоздавшего верующего. Я выждала ещё несколько минут и выскользнула наружу. Тихо… Все молятся, кроме меня… Я торопливо вошла в то помещение, которое мне показалось похожим на склад. Темно… Обычно выключатель справа. Я включила свет и ахнула. Это и в самом деле был склад – стеллажи, забитые барахлом, возвышались справа и слева. Мои шаги громко цокали в тишине коридора. Негоже здесь долго задерживаться, надо быстрее искать. Фонарь, фонарь, где здесь фонарь? Фонарь нашёлся совсем близко от входа. Так и должно быть, если им часто пользуются. Я схватила его, как коршун добычу, проверила – горит, и через несколько минут была уже у заветного выхода. Мемокарта и на этот раз сработала безотказно, недолго думая, я захлопнула входную дверь. Щелчок выключателя и тьма озарилась светом фонаря. Я оглядела коридор. Те же самые катакомбы, что и в монастыре. Хотя с чего бы им быть другими? Не оглядываясь, я поспешила по коридору. Свет фонаря метался на стенах пещеры, звук шагов гулким эхом отражался от стен. Меня окружали холод и тишина, но я торопилась по пещерному коридору. Мне нельзя было ждать! Ощутимо похолодало, но я, распалённая волнением, не обращала на это внимания. Дорога всё также вела меня по пещерному коридору. Я прошла относительно немного, несколько сотен метров, но в темноте и неизвестности мне казалось, что я иду очень долго. Внезапно я остановилась. Передо мной находилась дверь. Недолго думая, я толкнула её – внутри была всё та же тишина и студёная тьма, в этом помещении оказалось ещё холоднее, чем в катакомбах. Фонарь выхватил из темноты какой-то большой предмет. Он был настолько велик, что слабосильный луч моего осветительного прибора не мог охватить его разом, а озарял лишь отдельные фрагменты. Что-то знакомое почудилось мне в облике загадочного предмета. Я подошла поближе. Стало видно, что он покрыт какой-то тканью. Возможно, это чехол? Я потянула за угол, ткань медленно поползла на пол.– Привет! – вдруг раздалось в темноте.
Я вздрогнула.– Кто это? – испуганно спросила я.
– Это я, – ответили мне из темноты звонким, каким-то детским голосом.
– Кто – я? Как тебя зовут?
– Зовут… – мой собеседник, кажется, был озадачен. – Что значит зовут?
– Какое у тебя имя? – я начала приходить в себя. Судя по всему, мой собеседник не собирался причинять мне вреда, но вёл себя необычно.
– Имя… – снова недоумённо прозвучало из темноты. – А у тебя есть имя?
– Есть, разумеется, – удивилась я. Мой собеседник был каким-то странным. – У всех есть имена. Меня зовут Гала, но друзья зовут меня Галкой. А какое имя у тебя?
– Получается, что у меня нет имени… – ответ прозвучал обескураженно и как-то по-детски. – Если оно есть, то я его не знаю.
Кажется, я начала понимать, кто обитал здесь во тьме. Всё это было мне знакомо.
– А как включить свет? – осведомилась я.
– Позади тебя, на стене выключатель, – ответил голос.
Привычно хлопнув по кнопке, я зажмурилась от непривычно яркого света. Когда глаза привыкли к освещению, я увидела довольно большой ангар и огромный предмет ещё частично скрытый от моего взора. Я потащила на себя угол чехла, и он окончательно сполз на пол.
Ну да. Как я и думала… Передо мной открылся корабль. Живой корабль. Живчик. Обычный стандартный живчик типа 'Элронд'. Таким был погибший на той безымянной планете Зяблик.– Разве твой хозяин не дал тебе имени? – спросила я, боясь поверить в удачу.
– Нет… – обиженно сообщил кораблик. – Я знаю, новый хозяин обязательно должен дать мне имя. Но он пока этого не сделал.
– А давно ты здесь?
– Четыре месяца и двенадцать дней по земному календарю, – чётко ответил корабль. – Это много?
– Порядочно… – кивнула я.
Я осмотрела живчика со всех сторон. С виду он был в полном порядке: кабели стационарного питания подключены, люки задраены, внешние сенсоры чисты. Наверно, живчику было очень скучно, но он не голодал и был в хорошем состоянии.
Живой корабль без имени – неслыханная удача для меня. Живчик по интеллекту равен ребёнку четырёх-пяти лет. Он послушен хозяину, как собака, но мало кто помнит, что в нейроцепях у него стоит блокировка – приказывать кораблю может только хозяин. А хозяина корабль выбирает один раз, и им становился тот, кто дал ему имя.