– Тоже верно, – пробормотал я, проваливаясь в сон.

Я так намаялся за день, что мгновенно отключился. Знаю, вы скажете, что глупо вот так доверяться практически незнакомому человеку, но что мне угрожало? Убийство? Пат тысячу раз мог убить меня, пока я брёл у него под наблюдением. Ограбление? А что у меня красть? Пищевые концентраты, да сканер направления? Большая ценность… Я находился в таком же положении, как он. Даже хуже, поскольку не знал ничего об этих краях. Да и, говоря по правде, уж больно спать хотелось. Сквозь сон я слышал, как Патрик ходил по пещере, что-то доставал, укладывал.

О'Доннел поднял меня на рассвете. Зеленоватое солнце ещё не поднялось над верхушками деревьев, когда мы, позавтракав остатками вчерашнего ужина, уже двинулись к горам.

Местность постепенно поднималась. Лес раздвигался, скоро деревья стали реже, появилась линия горизонта, а на этой линии – горы.

Я смотрел на геосканер, вектор указывал чуть левее того места, куда вёл меня Патрик. Он предупредил меня, что мы пройдём через ущелье, но я на всякий случай всё-таки бросал взгляды по сторонам.

– Ты часто бываешь здесь?

– Раньше бывал часто… Сейчас – реже. Вон там, – он показал рукой, – привал сделаем.

– Я не устал, – сообщил я. – Пошли дальше, надо спешить…

– Час раньше, час позже ничего не решают, – не согласился Патрик. – А привал сделать надо.

Я недовольно пожал плечами, но не стал спорить. Привал так привал, ему виднее. Минут через десять мы дошли до указанного места. Я присел на землю по-турецки, бросая нетерпеливые взгляды на сканер. О'Доннел осматривал грунт вокруг, ходил, поглядывал в небо. Я не мог понять, чего он ждёт.

– Тебе это место ничего не напоминает? – вдруг спросил он.

– Ну-у-у… – протянул я.

Меньше всего мне хотелось сейчас решать загадки. Но коль он спросил, я послушно огляделся.

Странная проплёшина круглой формы, метров сорок в диаметре. Ни травы, ни кустарника… Кажется, она вдавлена в землю и больше похожа на воронку. Я вопросительно взглянул на Патрика:

– Здесь был взрыв?

– Нет, не взрыв… – криво усмехнулся он. – Другое.

– Ты, помнится, хотел узнать, как меня занесло на эту планету? Хочешь, расскажу? – присев на корточки рядом со мной и взяв бороду в кулак, спросил он.

– Расскажи… Надеюсь, ты не был в свадебном путешествии? – усмехнулся я.

– До этого не дошло, – сообщил он.

– Уже интересно.

– Я из богатой семьи, папаша-толстосум всю жизнь был банкиром. Может и сейчас банкирствует… Жили мы, понятно, безбедно, даже богато. Никогда ни в чём я не знал отказа, закончил школу, колледж, универ… Всё было прекрасно, но в один прекрасный день, папочка вызвал меня и поставил ультиматум: или я женюсь, или меня лишают содержания. Он давно уже носился с подобной идеей, всё не терпелось ему сделать из меня такого же болвана, как сынки его коллег. Я согласился с предложением, все молодые люди в нашем кругу проходили через это. Он подобрал мне какую-то кралю из хорошей семьи. Эта девица была такой же, как тысячи других, не глупа и не умна, не красавица и не уродка, не шибко богатая, но и далеко не нищая… Средняя по всем статьям. Я несколько раз встретился с ней, чтобы познакомиться поближе, присмотреться. Странно, я сейчас не могу сказать даже, как её зовут… Начисто выскочило из памяти. Впрочем, ничего удивительного… Ты жену-то любишь? – вдруг спросил меня Пат.

– Завидую… – медленно проговорил он.

Патрик задумался, он неторопливо водил сорванной травинкой по пыли, нанесённой в котловину ветром, весь погружённый в мысли. Я не мешал, понял, что для него этот разговор очень важен. Наконец О'Доннел продолжил:

– И вот я встретился с ней пару раз, потом купил кольцо – типа подарок. Пригласил её поужинать, чтобы сделать предложение. Ну, поужинали мы с ней, настал главный миг. Перед таким, судьбоносным решением я решил отлить и отошёл в туалет. Сказал, что сейчас вернусь, мол, всё нормально…

Стою я, значит, перед писсуаром, делаю своё дело, в стену смотрю, и тут вдруг меня настигает мысль: 'И что, это всё?'. Вот сейчас я застегну ширинку, помою руки, выйду к ней, сделаю предложение и стану таким же, как миллионы других баранов.

Наплодим мы с ней кучу детей, купим дом с уймой ненужного барахла. По выходным я буду напиваться, а всё остальное время стану отращивать пузо. Получу повышение в конторе у папаши, а со временем смогу занять его место. А потом, по истечении положенного срока, тихо склею ласты в кругу семьи. Если не сдохну раньше от тоски…

В общем, едва у меня пронеслась эта мысль, как я понял: 'Это не по мне!'. Вышел из туалета и только меня и видели. Загнал то колечко – пригодилось всё-таки! – и купил билет на первый же экспресс до космодрома, а оттуда – на орбиту. Там завербовался на лихтер, что подвернулся под руку и покинул родную планету навсегда.

Долго меня носило по Вселенной, и где я только не был. Работал на рудниках, вышибалой в кабаке, потом там же барменом. Был профессиональным игроком, музыкантом, актёром… Освоил искусство управления кораблём, занялся контрабандой. Несколько раз меня едва не сцапали, и после очередного случая я решил заняться другим делом.