— Она любит его по-своему, и ее силу питает злость, как и вашу, - Велиамор посмотрел на нее.

— В такие моменты я забываю обо всем, словно это вообще не я, - девушка виновато посмотрела на собеседника.
– Думаете, я могу кого-нибудь убить?

— Думаю, нет, - ответил маг.

— Но я иногда думаю об этом, - честно призналась Николь.

— Эльфы не умеют злиться, а люди умеют, - ответил мужчина задумчиво.
– Невозможно предугадать, каким талантом будет обладать ребенок от такого необычного союза. Магией эльфа, подвластной эмоциям человека, или эльфийской мягкостью и добротой в сочетании с твердостью характера и способностью принимать сложные решения.

— По-моему, у меня первое, - Николь не могла вспомнить каких-нибудь своих сложных решений.

Маг улыбнулся.

— Вы давно живете, - девушка посмотрела на него.
– Вы знаете, кто были мои родители? Хотя бы что-то?

— Если то, что рассказала мне Ниониэль, правда, вы потомок рода Лонвал, - ответил Велиамор.
– Хотя теперь я верю в это и без доказательств.

— Почему? Моими предками могли быть какие угодно эльфы, - Николь улыбнулась, представив себе этих прекрасных созданий, к которым теперь имела отношение.

— Но только девушка из рода Лонвал так отчаянно полюбила бы Кальтбэрга, - ответил маг с улыбкой.

— Неужели такое возможно?
– она покраснела, взглянув на спящего мужа.
– Почему?

— Чтобы снять проклятье, - объяснил Велиамор.
– Не эльфы наложили его, но они позволили своим дочерям попробовать снять его. Две погибли, пытаясь сделать это, и только у вас получилось.

— Это все так странно, я ничего не понимаю, - Николь искренне радовалась, что им с Виктором не грозит повторение судьбы их предков.

— Королева эльфов, Алия, отдала Грегори Лонвалу их дочь. Она отдала своего ребенка, зная, что в Холоу ее вряд ли ждет хорошее будущее, но только так она могла помочь людям, - Велиамор вздохнул, не из рассказов зная всю эту печальную историю.
– Если бы второй сын Валиуса, Тибальд, был хоть вполовину такой как Виктор, проклятие было бы снято уже тогда.

— Он был злым?
– Николь была достаточно наслышана о Тибальде и Максимилиане Кальтбэргах.

— Он был вторым сыном Валиуса. Ему не достался бы трон Вандершира, и отец решил женить его на дочери Грегори, Дарии, - рассказывал Велиамор.
– После смерти Грегори трон Холоу перешел бы ему. Но Дария умерла при родах, а Грегори был еще жив и достаточно молод, чтоб дожить до совершеннолетия внука, Максимилиана. Тибальд оставался не у дел. Тогда он впал в отчаяние и вел весьма разгульную жизнь.

— Дария была дочерью эльфийской королевы?
– Николь очень увлекла история предков, которую она не знала так подробно.

— Нет, ее младшая сестра, Алия, названная так в честь матери, - ответил маг.
– Грегори не пожелал выдавать ее за Тибальда, она вышла за эльфа.

— Но как тогда Кальтбэрги погубили ее, все же хорошо сложилось?
– Николь знала, что и тут плохой конец.

— Это время было для нас благоприятным, - Велиамор вспомнил, как сам был еще юным и наивным в те годы.
– В Вандершире королем стал Влад, дед Виктора. Он был добрее и мягче брата, я смог повлиять на него и магия вернулась в Вандершир. А с Холоу мы заключили союз. Но, к несчастью, не только я стал советником. В Холоу обосновался Лоакинор. Он стал советником Тибальда после смерти Грегори.

— Ох, это звучит зловеще, - Николь поняла, почему Кальтбэрги из Холоу так отличаются от вандерширских. Одним достался в советники белый маг, вторым темный.

— Но Грегори не умер своей смертью, его убили, а в убийстве обвинили эльфов, и муж Алии был казнен, - Велиамор отвел взгляд, с тяжелым сердцем вспоминая, как благоприятные дни сменились гонениями и казнями.
– А она стала любовницей Тибальда. Через полгода она умерла, родив девочку.

— А кто был отцом?
– Николь похолодела, представив себя на месте Алии.

— Я не знаю, но, судя по тому, что случилось потом, эльф, - ответил маг.
– Дария, названная в честь тетки, была вылитая мать, златокудрая красавица. Тибальд и Максимилиан больше походили на своих вандерширских родичей, черноволосые и кареглазые.

Велиамор взглянул на спящего короля. Николь на свои волосы.

— Она росла вместе с братом Максимилианом, и ее влияние на парня очень не нравилось Тибальду. Они были очень дружны и, возможно, полюбили бы друг друга, если бы их оставили в покое, - продолжал Велиамор.
– Тибальд отослал девушку в Вандершир. Она была прекрасной дочерью эльфов. Мы все очень полюбили ее, особенно Теодор. Но она вышла за графа Годфри. А в Холоу тем временем загадочно погиб Тибальд и на трон взошел его повзрослевший сын, точная копия отца.

— Вы же не отпустили Дарию?
– Николь поняла, какая участь постигла третью девушку в проклятом роду.

— Мы не могли не отпустить, - Велиамор вздохнул.
– Теодор не на шутку увлекся ей.

— Это точно какое-то проклятие, - Николь покачала головой.

— Никто не мог предположить, что Максимилиан в своей жестокости превзойдет отца. Поначалу он очень радушно принял графа и свою подругу детства и сводную сестру. Но все же и им овладела темная страсть. Хотя нам все представили как покушение на короля.