Самого же больше интересует главный вопрос: было ли нападение террористов случайным? Никак не могу забыть тот взгляд главаря и его однозначное желание пустить мне пулю в лоб.

Судя по отдельным моментам в вопросах ведущего дело следователя, для полиции тоже не все ясно.

Дополнительным раздражающим фактором стало поведение Анастасии. Нет, я понимаю, что влюбилась в «спасителя», но ведь можно оказывать знаки внимания не столь откровенно? Попытался ей деликатно объяснить, что не вижу перспектив для развития отношений и получил совершенно обратный результат. Как и положено женщине, перевернула логичные доводы с ног на голову, села на диету и записалась на фитнес в тот же спортивный центр. Теперь ловлю ее обожающие взгляды не только в перерывах на работе, но и после тренировки в кафе. Однозначно – утвердилась в желании стать «достойной».

Конечно, заняться собой – похвальное решение, но меня-то зачем приплетать? Пальцем ведь в ту ночь не тронул! Выспался под мягким теплым бочком, правда, замечательно. Душа у бухгалтера, наверное, чистая, поэтому аура хорошая…

– Максим Александрович! Можно вас на минуту?

Мгновенно выпав из состояния задумчивости, фокусируюсь на позвавшем меня, приветливо улыбающемся парне. Вижу его в первый раз, что сразу несет массу дополнительных вопросов. Бросаю быстрые взгляды влево, вправо… ничего настораживающего.

Стоит на обочине возле престижного «Олимпа» и приглашающе машет рукой. Зачем? Опять корреспондент? Если честно – не очень похож.

Не дождавшись моей реакции, подходит сам. По мере приближения улавливаю в его лице смутно знакомые черты. Кого-то он мне напоминает… Кого?

– Здравствуйте.

Молча киваю, не протягивая руки.

Понимающе улыбнувшись, он плавно расстегивает молнию куртки и привычно берется за уголок висящего на шее удостоверения.

За последнюю неделю насмотрелся на такие до тошноты. Засиявшая идентификационная полоса подтверждает прозвучавшее веское:

– Капитан Кравцов, полиция.

Мать!.. Да я только что оттуда!

Глядя в карие глаза офицера (кого же он мне напоминает?!), терпеливо жду продолжение.

– Давайте все-таки сядем в машину – не на улице же разговаривать?

– Что-то очень срочное, господин капитан?

Кивнув, он подтверждает:

– Для меня – да.

Звукоизоляция в просторном салоне «Олимпа» первоклассная. Тихо играет радио, пахнет дорогим одеколоном и немного – хорошим кофе.

Сев на водительское место, парень несколько секунд собирается с мыслями, протягивает руку:

– Давай без лишних церемоний. Меня зовут Альберт.

Неожиданное вступление. Жму крепкую, прохладную ладонь:

– Макс.

– Очень приятно.

И после короткой паузы добавляет:

– Я брат Анны.

Песец!..

***

Теперь я точно знаю, что ощущал Штирлиц в «гостях» у дядюшки Мюллера. И этим самым Штирлицем ощущаю себя сам. До сих пор не могу поверить, что дома и один…

Своим заявлением ошарашил он крепко. Такого не ожидал, однозначно. И пока в голове метались обрывки мыслей, прозвучал главный вопрос:

– Макс, почему ты не хочешь встречаться с моей сестрой?

Мать!.. Да я не уверен, что та, кого ты считаешь сестрой, вообще человек!

К счастью, честный ответ не сорвался с языка, поскольку спонтанно возникшая мысль заставила приглядеться к визави повнимательнее и привычно включить ум.

Затем, упершись взглядом в панель музыкального комбайна, отслеживая боковым взором Альберта и выискивая хоть малейший намек на то, кто есть он сам, под аккомпанемент гудящих от напряжения мозгов я несколько сумбурно излагал свою точку зрения на создавшуюся ситуацию. Дескать, не уверен в своих чувствах, не так воспитан и не люблю спешить, последняя неделя вообще безумная, и, если говорить откровенно, в поведении Анны на дискотеке проскакивали моменты, не очень согласующиеся с тем, как, в моем представлении, должна себя вести при знакомстве скромная девушка…

– Да, Макс, вот таким она тебя и описывала. Скромным, приличным, честным, с совершенно патриархальным воспитанием, немного не от мира сего. Что до твоих претензий… понимаешь, она совсем недавно пережила глубокую личную трагедию. В первый раз я сумел вырвать ее из беспросветной депрессии и практически силой отвезти в тот ночной клуб. Видел бы ты, какая она оттуда вернулась! Вся сияющая, переполненная впечатлениями и все, абсолютно все мысли были только о тебе.

Красиво сказано. Не будь у меня своих наблюдений и мыслей – вполне мог купиться.

– Я очень люблю сестренку. Но постоянно заниматься ее личной жизнью… Этого не позволяет моя работа. Да и она сама орешек с характером. Некоторое время назад девчонка встретила одного подлеца и влюбилась на свое горе. В умного, опытного… короче, сволочь патентованную. У меня были подозрения, пытался ей открыть глаза, да куда там… Она же взрослая, умная, все знает сама! Во всем разбирается… Вот и разобралась. Нахлебалась такого… он почти ее сломал. Почти совсем.

Сжавшие рулевое колесо пальцы побелели от напряжения.