Вслед за тихим щелчком в спальне раздался недовольный мужской голос:

– О, наконец-то! С пробуждением! Максик, ты знаешь, что сегодня рабочий день? Шеф уже вне себя от гнева. Ты меня слышишь?

– Вызовите… «Скорую»…

– Что? Что ты там шепчешь, гуляка безмозглый?

Надо постараться, потому что сил уже нет вообще. Чуть приподняв голову, как могу громко выговариваю:

– Вызовите… «Скорую»… я умира…

Белый свет в глазах сменяет чернота. На сей раз беззвучная.

***

Сначала сознание уловило размеренно повторяющееся негромкое пикание. Какое-то успокаивающее, вызывающее желание расслабиться и отдохнуть. Но после похожего на обморок сна пробудилось любопытство: что это такое?

Открыв глаза, смотрю в белый потолок, перевожу взгляд. Тут все белое. Просыпающееся сознание объясняет: потому что это больничная палата. Пикает отмечающая удары сердца аппаратура. Хорошо…

Опускаю взор на свое укрытое одеялом в белом пододеяльнике тело, готовясь снова заснуть, но какая-то чужеродная деталь задерживает внимание. Это что, мой живот? Как у беременной!..

И тут приходит яркое, бросающее в пот воспоминание: я ведь уничтожил цепочку своих собственных предков! И где теперь сознание? В теле женщины?!

Дрожащей, еще плохо чувствующей правой рукой шарю под одеялом. В какой-то момент страшное предчувствие казалось неопровержимым, но потом вялые пальцы нащупали… Гм-м. На месте. Совсем спрятался под монументальным брюхом. Точно, «девятый месяц». И как я (или не я?) его нажрал?

Успокаиваясь, возвращаюсь туговато текущими мыслями к причине испуга.

Не то, чтобы имел что-то против женщин… Но, будучи за полсотни инкарнаций мужчиной, как-то…

Мозги понемногу приходят в норму, потому что задаюсь вполне резонным вопросом: «А кто я сейчас?»

В ответ в замутненном сознании пугающая тишина. Попытка напрячься и вспомнить приводит лишь к тому, что снова отключаюсь.

***

Прихожу в себя от гигиенических процедур. Мягкой влажной салфеткой по коже – очень приятно. Вода с легким цветочным ароматом теплая, а ручка умелая, ловкая и нежная. Открываю глаза, уже приготовив подходящий комплимент, но тут же закрываю их снова. Нет, девушка в медицинской форме вполне достойна благодарности, и очень миленькая к тому же… Но дело в том, что я лежу голышом, а она уже заканчивает обработку безразмерного брюха, переходя к…

Дальнейшие ощущения подтвердили правильность умозаключения и даже немного расстроили. Такая красотка аккуратно касается пальчиками,.. а у меня ни малейшей реакции. Это как?..

И тут понимаю – как. Без малейшего усилия включается память того, в чьем теле я сейчас нахожусь.

Пролистнув страницы чужой жизни, подвожу итог: песец! Это не мой мир!

Безмолвно переживая потрясение, ощущаю, как пригласившая помощника девушка перекатывает мою тушу на бок, обрабатывает спину, а затем, надев что-то типа трусов на липучках, возвращает в исходное положение и накрывает одеялом.

Почти бесшумно закрывшаяся дверь подсказывает – я снова один. Открываю глаза, перед которыми стоит та, прошлая, навсегда зачеркнутая жизнь.

Любимая супруга, мои кровиночки: сын, дочь… Как я мог?! Глупая, непростительная ошибка! И как теперь жить?

Не знаю, сколько бы продолжал терзать душу воспоминаниями. Но полностью раскрывшаяся, сбросившая оцепенение память принесла пережитые во снах картины. Прошлые жизни. И в каждой из них были близкие люди, друзья, любимое дело, само счастье жить. Перебирая их, словно бусины божественных четок, сначала осознаю, а потом ощущаю – жизнь подполковника Михайлова – лишь один из фрагментов реинкарнаций бессмертной души. Она дорога и неповторима, но так же дороги и неповторимы все предыдущие.

Поэтому… надо жить.

Глубоко вздохнув, обращаю внимание, что за закрытым тюлем и шторами окном совсем рассвело. Сентябрь. Вот так, из весны сразу в начало осени. Как, кстати, провел лето предыдущий хозяин тела? Был ли отпуск и чем запомнился?

Череда непрерывного обжорства, пивных фестивалей и посещений футбольных матчей. Он еще и болельщик!

Тьфу!

Может быть, я слишком правильный, может, напрасно не люблю футбол… Но тратить жизнь на это?!

Когда у тебя в последний раз была женщина, чудушко?

Ответ на вопрос, мягко говоря, разочаровал. М-да…

Не зачет. А до этого?

Душещипательные и позорные для сердца любого нормального мужчины картины лишь подтвердили старую, проверенную жизнью ассоциацию живота с арбузом. Когда он растет, кончик обычно сохнет.

Все прошлые жизни я был поджарым, спортивного сложения мужчиной. И не только в молодости. Сорокапятилетним подполковником вполне пристойно укладывался в нормативы по физической подготовке, не брезговал просто для здоровья пробежать десяток километров на лыжах, каждое утро делал зарядку. Удовлетворить любимую супругу – вообще святое. И не «за две минутки, если получится», а обслужить вдумчиво и обстоятельно, в нескольких позициях, с последующей твердой уверенностью в достойном результате и наглядным подтверждением качественного выполнения работ в процессе.