Весь путь от отеля до аэропорта девушки проделали молча.

Кристен сдерживала слёзы, стараясь думать о чём-нибудь приятном, но подобные мысли её не посещали. Она корила себя, считая содеянное самой большой глупостью в своей жизни.

Анжела была под впечатлением встречи с Робертом. Он узнал её. Он назвал её «своей девушкой». Да, она – его, она всецело принадлежит ему! Ей не терпелось теперь уехать в Лос-Анджелес, где она будет ближе к мужчине своей мечты.

Одна лишь Элис пыталась шутить с Франциско. Он рассказывал забавные истории о своих сыновьях, девушка смеялась, но её сердце наполняли переживаний за подруг. Ей хотелось утешить Кристен, которая вбила себе в голову ерунду о Брендоне, успокоить взволнованную встречей с Робертом Анжелу. Кэмпбелл была очень расстроена, что Швиммер не предложила ей подняться, когда её позвала Янг. Она бы точно что-нибудь придумала.

Шофёр-пуэрториканец выгрузил из «форда» багаж девушек. Оставалась пара часов до вылета. Сегодня они дома будут делиться впечатлениями со своими родными. Точнее, тем, что с ними происходило до вчерашнего дня – двадцать пятого августа.

Элис взглянула на дату на дисплее мобильника – сегодня, двадцать шестого августа, день рождения её кузины Марианны. Пятнадцать лет. Кэмпбелл вспомнила своё пятнадцатилетие, когда Тина впервые разрешила ей пригубить вино. Как ей не понравился вкус! И она зареклась не пробовать больше спиртного. Уже через год данное себе обещание было нарушено. И напрочь забыто в Нью-Йорке.

Чуть больше месяца осталось ждать до совершеннолетия Милагрос. Старшая из двух кузин Элис тоже поступила в Чикагский университет, на факультет юриспруденции. Теперь двоюродные сёстры могли видеться гораздо чаще, чем раньше.

Пройдя регистрацию, девушки отправились в зал ожидания. Все кресла были заняты. Подруги расположились у окна. Первой тишину нарушила Кристен.

– Как вы думаете, что сказал этот Доули Брендону? Мог он, к примеру, сказать, что ты, Эл, малолетка?

Глаза Элис сузились. Она пожалела, что рассказала подругам подробности её встреч с этим человеком. Не хватало ещё, чтобы она оказалась виновницей их неудач.

– Я поняла, Крис, на что ты намекаешь. Но ты не права. Он мог говорить только обо мне, – пыталась оправдаться Кэмпбелл. Её голос прозвучал очень уверенно, но у Янг были сомнения.

– Да, но ты же была с Анж. И Брендон мог подумать, что она… и я… – она не закончила мысль, но девушки и без этого догадались, что она хотела сказать.

Анжела вступилась за Элис, прекрасно понимая, что Стюарту было бы совершенно всё равно, сколько лет девушке, которая ему понравилась.

– Эл просто стояла рядом. Не было понятно, что мы вместе!

– Анж, боюсь, Крис может оказаться права. Мы ведь не слышали их разговора. А что, если… – Элис сама вздрогнула от своего предположения, – если он сказал, что соблазнил меня. Это гораздо хуже, чем, если бы он заикнулся о моём возрасте.

Девушки молча смотрели друг на друга. Они прекрасно знали, какими легендами о своих любовных похождениях окружают себя представители противоположного пола.

– Девочки, давайте не будем об этом. Эта тема просто омерзительна. Крис, не переживай так. Уверена, всё не так, как мы тут накрутили, – старалась сгладить обстановку Кэмпбелл. – Почему бы тебе не спросить Даймонда? Или самого Брендона, а?

– Да, да, Эл права. Крис, спроси! – поддержала подругу Анжела.

Янг закрыла глаза, под веками забегали зрачки. Спустя несколько секунд она раскрыла глаза и растерянно уставилась на подруг.

– Ничего не понимаю, – тихо произнесла она.

– Что? Говори!

– Брендон… Брендон вспоминает, как ЭТО было, – Кристен густо покраснела, Элис хихикнула – она была рада, что не стала причиной ненависти Янг. – А Даймонд… – она запнулась и, набрав в лёгкие побольше воздуха, продолжила: – он сказал: «Ждите больших перемен».

– Что это может значить? – хлопала ресницами Кэмпбелл.

– В каком смысле – «перемен»? Хороших, плохих?

Глаза Швиммер стали огромными. Она схватила подругу за руку и сильно сжала. Та не обратила внимания и продолжила:

– Это связано с близнецами, сто процентов. Я же о них спрашивала. Но Даймонд отказывается говорить о деталях… – Кристен чувствовала вину за то, что не может рассказать подругам больше.

– Ну что же, будем ждать и ориентироваться по ситуации, – это было самым умным, что пришло в голову Кэмпбелл.

– Отлично, Эл! Мы бы сами не додумались! – съязвила Анжела.

– Уверена, это тот случай, когда всё в наших руках, Анж. По крайней мере, нас предупредили, и мы готовы. Другой вопрос – к чему? Но будем настороже. Жаль только, что мы не будем вместе… – после этих слов в глазах Элис застыли слёзы.

– Не реви хоть ты! – Анжела по-прежнему оставалась жёсткой. Ей тоже было грустно расставаться с Элис и Лизи, с мамой, дедушкой и дядей Уильямом. Свои переживания она прятала за наигранной агрессией и высокомерием.