Шрифт:
— Ох, не к добру это, — проворчал Тайри. — Уж больно все тихо.
— Папа, уедем! Пошли сядем в машину и…
— Нельзя бежать! Ничего это не даст! — в третий раз отказался Тайри.
В шесть с чем-то доктор Брус позвонил опять. В его возбужденном голосе звучало беспокойство.
— Тайри, Мод стало плохо, — сказал он. — Только что звонила Вера. Какой-то приступ. Сейчас еду, погляжу, в чем дело. Хотел, чтоб вы знали, где я нахожусь, понятно?
— Все ясно, док, — сказал Тайри. — А что там с ней такое?
— Пока не знаю, надо посмотреть.
— Звоните, если что, — сказал Тайри. Он обернулся к сыну. — Мод что-то захворала. Док едет к ней. Не иначе занемогла из-за этой передряги. Оно и понятно — если большое жюри круто повернет, ее заведению крышка.
Медленно ползли часы. Под самый вечер на несколько мгновений выглянуло солнце, залив золотом мокрые улицы. Джим объявил, что кончили бальзамировать последний из сорока двух трупов.
— Согласно заключению следователя, у всех смерть наступила в результате несчастного случая, а какого характера — это предстоит определить, — прибавил он.
— Значит, надо понимать, еще не решили, так? — спросил Тайри, глядя на него с каменным лицом.
— Выходит так.
— Что ж, чему быть — того не миновать, — сказал Тайри. — Джим, я знаю, ты устал. Тебе за эту работу причитается отдельно. Два дня и две ночи на ногах…
— Старался, как мог, Тайри, — скромно сказал Джим. — Для тебя.
— А не двинуть нам домой, Пуп? — предложил Тайри.
— Давай, папа.
Когда они уже уходили, зазвонил телефон. Рыбий Пуп взял трубку.
— Пуп? — долетел до него неуверенный голос доктора.
— Да, док.
— Дай-ка мне Тайри.
— Сию минуту, док. Тебя, пап — док, — крикнул он Тайри.
Рыбий Пуп передал телефон Тайри со смутным чувством, что в привычном течении времени нечто застопорилось, дало сбой, хоть он не мог бы указать, что именно. Он прислушался к тому, что говорит Тайри:
— Да, док.
— …
— Что-что? — воскликнул Тайри.
— …
— Умерла?Когда?
— …
— Час назад? Господи Иисусе Христе! А что с ней было?
— …
— Ах, сердце — понятно…
— …
— Вы еще застали ее в живых?
— …
— Что там, папа? — спросил Рыбий Пуп.
— Минутку, док. — Тайри обернулся к сыну. — Умерла Мод Уильямс, час назад — упала и умерла. Сердце отказало.
— Умерла? Мод Уильямс?
— Так что, док? — вновь заговорил в трубку Тайри.
— …
— Да-да, понял. Бумаги, да? Вы там побудьте до меня. Раз Мод просила передать мне бумаги, значит, в них что-нибудь да есть не для посторонних глаз. Ясно вам? А тут еще эта заваруха, так что вернее будет, если я заберу их… Где Вера?
— …
Наступило молчание. Тайри с расстроенным лицом оглянулся вокруг.
— Ах ты, елки зеленые. А ведь какая была здоровенная кобылища. Кто мог подумать, что так запросто откинет копыта. — Он опять заговорил в трубку: — Да, слушаю. Это ты, Вера?
— …
— Вера, голубка, душевно сочувствую… Ну понятно. Сейчас буду. Слушай, пусть только никто там ничего не трогает из вещей Мод, ладно?
— …
— Ну-ну. Я не прощаюсь.
Тайри положил трубку, потер глаза ладонью и прошелся по конторе.
— Ждешь одного, так на тебе, валится другое. И как это ее угораздило взять да помереть? — Он мрачно поглядел в окно. — Вот незадача. Вере не поднять дело, больно молода… На такую работенку требуется крепкая баба. — Тайри подошел к двери. — Джим, — позвал он.
Вошел Джим, все еще в белом халате.
— Слышь, Джим, час назад померла Мод Уильямс, — объявил Тайри.
— Господи! — охнул Джим. — От чего?
— Док говорит, что-то с сердцем.
— Что ж, Тайри, случается и такое, — рассудительно заметил Джим. — Послать за ней? Выписал доктор Брус свидетельство о смерти?
— Док сейчас там. Почитай, тридцать годов я знал Мод. Надо ехать. — Тайри надел шляпу. — Пуп, посиди тут, пока я вернусь. Я скоро.