— Так вот послушайте, сэр, как оно все обстоит. «Пущу» содержали мы с доком, — начал Тайри. — Как вы есть адвокат, то вам можно начистоту рассказать, на чем у нас все держалось. «Пуща» давала хорошие деньги. И работала с дозволения начальника полиции…

— Вы доказатьэто можете, Тайри? — резко прервал его Макуильямс.

— Доказательство — вот оно, — сказал Тайри, показывая ему пакет.

— То есть чеки, которые вы давали полицейскому начальнику?

— Да, сэр.

— За что?

— А чтоб он давал нам делать, что хотим, — сказал Тайри.

— И что же вы делали? — спросил Макуильямс. — Только слушайте, вы здесь не на допросе. Вы не обязаны отвечать.

— Сейчас уже скрывать не имеет смысла, — пробурчал Тайри, раздосадованный тем, что вынужден пускаться в подробности. — Сейчас остается говорить одну чистую правду, больше ничем не поправишь дело… Начальник не мешал «Пуще» работать, не беспокоил нас — понимаете?

— Он ведь знал, что там у вас происходит, да? — спросил Макуильямс.

— Да, сэр. Знал.

— Ну и что же там происходило?

— Девочки там работали, работали круглые сутки, — вполголоса отвечал Тайри. — Это самое… Обслуживали мужчин… Заправлял заведением Брюхан, получал с девочек деньги. А когда пожарники подымали шум насчет нарушений, начальник затыкал им рот.

— А сколько он брал за услуги? — спросил Макуильямс.

— Сто долларов в неделю, сэр.

— Ого! — Макуильямс изумленно присвистнул и снял очки. — А за что еще он с вас получал?

— Еще, сэр, есть одна женщина, Мод Уильямс. Она, как бы это выразиться, содержит квартиру. С девочками… С этого заведения начальник от меня получал полсотни в неделю…

— А еще?

— Ну еще десять долларов для него набегало с четырех других заведений. И если где игра шла по большой — нет-нет да и тоже подкинешь ему. В покер, знаете, или в кости…

— Дайте-ка сюда эти чеки, — сказал Макуильямс.

Тайри подал ему пакет. Макуильямс надел очки и стал рассматривать продолговатые листки бумаги.

— Они что, выписаны на его имя? — спросил Макуильямс.

— Ага, сэр. Это его доля.

— Как же у него хватило глупости принимать чеки?

— А он мне верил, сэр. — Тайри скромно улыбнулся. — Как-никак я ему двадцать годков был другом.

Макуильямс стал внимательно рассматривать чеки с обратной стороны.

— Даже расписывался собственным именем, — заметил он с удивлением.

— А кто ему без подписи выдавал бы деньги?

Макуильямс сосредоточенно изучал один чек за другим.

— Здесь платежи за пять лет, м-м?

— Да, сэр. Но шло у нас с ним так десять лет.

Макуильямс сгреб чеки в стопку и посидел в молчании, глядя то на Тайри, то на доктора Бруса. Наконец его взгляд остановился на их спутнике.

— Ваш сын тоже замешан в этом?

— Куда ему, сэр. Ему еще семнадцати нету. Он просто работает у меня.

— Поразительно, что в цветной части города существуют столь прибыльные заведения, — сказал Макуильямс.

— Как же, сэр, у нас, ниггеров, денежки водятся, — подтвердил Тайри.

— Почему вы употребляете слово «ниггеры»? — спросил Макуильямс.

— Да я это… хе-хе! — забормотал Тайри, глуповато посмеиваясь. — Так уж, знаете, говорится, сэр.

— А эти девушки, которые, как вы выражаетесь, у вас работали, — из них кто-нибудь погиб на пожаре?

— Да, сэр. Человек десять.

— Что представляли собой эти девушки?

— Да ничего особенного, сэр. Просто бедные девочки, вот и все.

Макуильямс потер ладонью лицо и покрутил головой.

— Сколько вы получали с них?

— Что заработают на клиентах, из того половина шла нам, — объяснил Тайри.

— За что же это?

— Так ведь мы смотрели за ними, сэр. Брюхан то есть смотрел.

— Что вы имеете в виду под словом «смотрели»?

— Заботились о них, не давали в обиду. Если какую заберут, вызволяли на свободу. Тут пособлял начальник полиции…

— Была у этих девушек возможность при желании покинуть «Пущу»?