— Ладно.

Ему открыла Глория в купальном халате. Услышав, что ему надо, она на мгновение словно лишилась речи и способности двигаться. Потом сказала:

— Я хочу поговорить с Тайри.

— Он сюда не зайдет, и вам не велел выходить.

— Но это слишком рискованно! — вскричала она.

— Глория, он ждет в машине. Мы спешим.

— Я должна ему сказать…

— Папа не станет с вами разговаривать!

— Христа ради, Пуп, не давай ему делать глупости. Раз ему понадобились чеки, значит, он потерял голову. Я знаю Тайри. Но Господи Боже мой, разве полицию одолеешь! Его убьют!

— Слушайте, папа знает, что делает.

Закусив губу, Глория закрыла глаза.

— Нельзя так поступать, нельзя, — повторила она.

— Папа ждет, Глория, — сказал он напряженно.

— Что ж, пусть, — безнадежно махнув рукой, сдалась она. — Подожди здесь.

Она выбежала из комнаты. Он стоял, глядя на постель, еще хранящую очертания ее тела, потом перевел взгляд на туалетный столик — румяна, пудра, губная помада, духи. Какой порядок! Какая спокойная, размеренная жизнь, в сравнении с неистовым кипением, в котором проходила жизнь Тайри!

Вернулась Глория с круглыми от ужаса глазами, прижимая пакет к груди, точно не в силах с ним расстаться. Она опустилась на кровать, неподвижно глядя в одну точку.

— Ох, не надо бы отдавать, — жалобно проговорила она, смаргивая слезы.

— Ничего, давайте сюда, — скомандовал он.

Резким безотчетным движением Глория скорчилась над пакетом. Прошла долгая минута. Она выпрямилась и с плачем подала ему пачку чеков.

— Ничего с папой не случится, — попытался он утешить ее.

— А что вообще происходит? — спросила она тонким голосом.

— Как бы не пришлось папе сесть в тюрьму, — сказал Рыбий Пуп. — Если сейчас не помешать, большое жюри передаст дело в суд.

— Пусть Тайри ничегоне предпринимает, скажи ему, — яростно прошептала она. — Все равноничего не добьется. Ему надо уезжать!

— Но нельзя же сдаваться без боя…

— Да не одолеть ему белых, — рыдала она. — У них оружие, закон, суд — всена их стороне!

Здравый ум этой женщины, ее белая кожа, безукоризненно правильная речь наделяли ее в его глазах теми же сверхъестественными свойствами, тем же изощренным коварством, какими обладали представители мира белых, и Рыбий Пуп начал поневоле поддаваться ее доводам. Может быть, Тайри действительно следует не сопротивляться, а бежать…

— Пуп, скажи Тайри, что драться бесполезно, — умоляюще настаивала она.

— Но его же посадят, да еще и деньги все отберут…

— Пустьберут! — исступленно выкрикнула она.

— Ладно, Глория… Он ждет…

Рыбий Пуп торопливо вышел — после этого разговора на душе у него стало еще тяжелей. Он влез в машину и опустился на сиденье рядом с отцом.

— Ты что так долго? — спросил Тайри.

— Да она там совсем расстроилась. Не хотела отдавать.

— Ага. Я так и думал. — Тайри вздохнул и включил зажигание. — Женщины такого не понимают.

Он вел машину по темным, притихшим улицам, держа на баранке левую руку, сжимая правой рукой пистолет — время от времени, когда надо было переключать передачу, он клал его на колени. За квартал до того места, где жил доктор Брус, они остановились. Тайри вышел из машины, внимательно посмотрел направо, потом налево.

— Идем, Пуп.

Они зашагали к дому и, обогнув его, подошли к заднему крыльцу.

— Еще увидит кто из белых, что я у дока, — проворчал Тайри, — а это ни к чему. Сообразят, сучьи дети, что у нас тут сговор. — Он легонько побарабанил по оконному стеклу. — Откройте, док! Скорей! Это Тайри!

Через минуту доктор Брус открыл дверь.

— Что случилось?

— Есть разговор, док.

— Заходите, Тайри, — сказал доктор Брус. — Только для начала я вас кое с кем познакомлю. Тут у меня один газетчик…

— Черт, нам еще только репортеров не хватало, — досадливо крякнул Тайри. — Белый или ниггер?

— Из наших… С Севера приехал, — объяснил доктор Брус. — Он уже написал о нас статью.

— И что в ней говорится?

— Пишет, что мы нарушали противопожарные правила…

— Тьфу ты, елки зеленые! Нас уже, рады стараться, до суда осудили! — взорвался Тайри.

— Вот и надо объяснить ему, как обстоит на самом деле, — сказал доктор Брус. — Он излагает факты, как ему их преподнесли в муниципалитете.