Я всегда знал, что причиной гибели человечества будет гордыня и чрезмерное любопытство. Почувствовавшие себя цивилизованным народом степняки наступили на те же грабли, что и гномы из романа Говарда. Сказка, конечно, но она как никогда близка к жестокой прозе жизни. То, что американцы с Советским Союзом обошли атомные грабли во время Карибского кризиса, лично мне кажется чудом и вмешательством свыше.

Хтарам с ангелом-хранителем не повезло.

— И что нам это дает?

— Ван, ты сам не пробовал включать твою любимую логику, как это советуешь остальным?

— Не томи, у меня в голове совершенно другие проблемы.

— Если после повреждения какого-то кристалла появились «осьминоги», это значит, что раньше кристалл их сдерживал. То, что сломано, можно попробовать починить. Включаем кристалл и используем монстров как щит между нами и степняками.

— Фантастика, причем ненаучная. Единственное умное слово в твоем монологе — это «попробовать». Ладно, ты обмозгуй эту идею, а у меня появились дела посерьезнее. — Диспут пришлось срочно сворачивать, потому что от массы степного войска отделилась группа в два десятка всадников.

— Мороф, проследи, чтобы ни у кого не сдали нервы.

— Слушаюсь, — кивнул воевода и тихо отдал приказ своему адъютанту.

Группа степняков приблизилась, и я увидел, что трое из них были упакованы в серую «чешую». Статус парламентеров подтверждали притороченные к седлам шлемы.

Посольство возглавлял совсем молодой хтар. Что-то возраст посланника и его броня не внушают мне доверия.

Дожидаться въезда переговорщиков в лагерь мы не стали и, спустившись с вала, направились к моему шатру.

В великосветских хтарских разборках Охто не помощник, поэтому за моей спиной на невысоком стульчике пристроилась Яна в мужской одежде и с закрытым лицом. Также в комиссию по приему гостей входили: казачий атаман, воевода, Урген, два «ящера» в виде охраны и Шип, которого я усадил за общий стол. Последний был удивлен таким оборотом, но я уже практически инстинктивно начал привлекать его к важным заседаниям. Карна приглашать не стал, и, думаю, этот факт его не особо огорчит.

Мы расселись за походным столом, поставив его перпендикулярно входу. Посадочных мест для гостей не предусматривалось.

Как я и ожидал, из всего посольства в шатер вошли только трое хтаров, те, кто был одет в «чешую». Юноша шагнул вперед и даже открыл рот для речи, но тут начало наших переговоров пошло кувырком по вине одной очаровательной особы.

— Жох!

От крика за спиной я едва не подпрыгнул и резко развернулся, поэтому успел подхватить качнувшуюся девушку.

— Яна! — Чернявому юноше хватило мгновения, чтобы узнать голос той, чье лицо скрывал свободный конец чалмы.

Дальше все завертелось с умопомрачительной скоростью. Хтар шагнул вперед, и тут же ему в лицо уперлись шесть стволов игломета. Для убедительности у горла оказался клинок Грифона. За спиной посла на плечах его сопровождающих повисли Барсук и Сом.

— Всем стоять! — криком разрубил я узел напряжения. — Посол знает имперский язык?

— Да, ваша милость, — попытался изобразить поклон Жох, насколько это позволял шестиствольник у лба.

— Прикажите вашим людям покинуть шатер.

Хтар закаркал на хтарском, и его люди покинули помещение, точнее, они не сопротивлялись тому, что их грубо выволокли наружу.

— Змей, Грифон, отбой.

«Ящеры» шагнули назад, а хтар потер отпечаток шести стволов на лбу.

Яна к этому времени успела прийти в себя и стояла ровно, во все глаза рассматривая нашего гостя.

Так, это дело, пожалуй, можно считать интимным.

— Всем покинуть шатер.

Шип кивнул подчиненным, и «ящеры» быстро вышли наружу. Атаман тоже удалился без вопросов, а вот Мороф недовольно нахмурился.

Да уж, что-то возгордился наш воевода без хозяйского контроля.

— Мороф, мне повторить приказ?

Щека бывшего разбойника дернулась, но он все же встал и нервным шагом покинул шатер — лесная вольница осталась в далеком прошлом, и он теперь на службе, так что приходится соответствовать. А вот Урген никуда уходить не собирался. Ладно, в принципе он уже давно стал членом семьи, и от него у меня секретов практически нет. Соответственно у Яны тоже.

Первый порыв прошел, и хтарка успокоилась. Молодые люди не стали бросаться навстречу друг другу, вспомнив, кто они и где находятся.

— Так, давайте присядем и поговорим. Похоже, у нас нашлось немного больше общего, чем казалось вначале.

Как я и ожидал, по нашу душу действительно явился великий хан Ур, собрав войска ближайших ханов. Среди ополченцев оказался и Жох. Старая история с кастрацией и здесь имела последствия даже без информации о наличии Яны в нашем войске. Еще после побега несостоявшейся невесты хан приказал вырезать весь ее род. Он бы порешил и местного Ромео, но повода не было. Даже великий хан — это не абсолютный титул. Казнить Жоха Ур не мог, зато мог посылать на опасные задания, например в когти безумца, сунувшегося в степь с недостаточно большим войском.