Томас слегка откашлялся, потом сказал:

— Нет, мы э — э… не по этому поводу… Другое расследование.

— А — а, — разочарованно махнула рукой Селия, сразу теряя интерес.

— Но, возможно, — сказал Томас, — он замешан…

— …и его прижучат… — договорила Селия заговорщически.

Томас кивнул.

О чем это он? Прижучить того громометателя? А, видимо, он это для Селии врет! Чтобы она рассказала все, что ему нужно!

— Смотри, что мне мама нарисовала, — прошептал мне Мосик и подвинул ко мне альбом.

Над зелеными крупными штрихами, обозначавшими поле, летали бабочки. Их было много — много, они заполнили весь лист. Большие, маленькие, всех цветов.

— Как красиво, — прошептала я, искренне восхитившись. А эти вампиры, оказывается, те еще романтики. Я-то думала, их только кровь интересует.

— Итак?.. — сказал Томас Селии.

— Ну, — сказала Селия. — Мы как раз только прибыли в гости к родственникам, в Венгрию…

„Сбежали, украв амброзию“, — досказала мысленно я.

А Селия пояснила, слегка запнувшись:

— Мы их… часто навещаем.

„Ага, как же. Ведь это так близко“.

— Закончился праздничный торжественный ужин. В честь встречи… — говорила Селия.

Я даже представлять не хотела, что у вампиров бывает на торжественные ужины. Половина венгерской деревни? Или вся целиком? Вместе с коровами и гусями?

— И мы разбрелись по саду возле замка прогуляться и отведать десерта… — продолжала Селия.

Неужели яблок с деревьев??

— Какого десерта? — спросила я.

Селия посмотрела на меня недовольно:

— Неважно.

— Почему же… — начала было я, но Томас положил ладонь на мою ладонь и сказал небрежно:

— Действительно, неважно. Продолжайте, прошу вас.

Мне стало жутко. Господи, что у них там может быть на десерт? Неужели слуги?? Или какие-нибудь садовники — трубочисты? Кто водится в саду замка в Венгрии? В голове всплыли строчки из какой-то книжки: „Как опасен их обед, как печален их обед…“

— И тут, — Селия зло оскалилась, — они. Просто как из-под земли. Из-за каждого куста, целая толпа… С дудением в трубы, и с каким-то грохотом, и сияние ослепительное…

— Он любит появляться эффектно, — сказал Томас.

— Да уж, — щелкнула зубами Селия и скрестила руки на груди. — Мы едва успели убежать в замок. Некоторые нырнули в воду. Там озерцо…

А. Вампиры же не дышат. Они могут сидеть под водой сколько угодно.

— Но он и в замок зашел запросто. Хотя на всех дверях нерушимые печати!

— Богам они не помеха, — кивнул Томас.

— Но все дуделки, барабаны и одежду им пришлось оставить снаружи, — Селия расхихикалась. — Все же печати есть печати.

Я представила толпу богов, которые в недоумением оглядывают себя и видят, что остались в чем мать родила. То есть… Их же тоже мать рожает?

— Но это не помешало испепелить всю обстановку в замке… Боюсь, родственники больше и видеть нас не захотят… — плечи Селии поникли. — Из-за двух глотков амброзии…

— Вы скрылись?.. — произнес Томас.

— У Владислава на заднем дворе склеп…

— Они в нем спят? — не выдержала я.

— Хоронят своих, — свирепо сказала Селия.

— Но разве вы не бессмертн…

— В некоторых случаях нет, — отрезала Селия.

Интересно, что она подразумевала под „некоторыми случаями“? Что у кого-то нашелся осиновый кол?

— В каких случа… — заикнулась я.

— Мезальянсы, — процедила Селия сквозь клыки.

Готова поспорить, что если бы не красивая ковровая дорожка, Селия сплюнула бы на пол. Но она лишь презрительно чавкнула.

— Неравные браки, — прошелестел мне в ухо Томас. — С людьми.

О. Как интересно. Вампиры женятся на людях? Забавно — забавно. Как необычно, наверное, звучит в их устах любовная фраза: „Так бы тебя и съел“. Нет, они, пожалуй, говорят: „Так бы тебя и выпил“…

А Селия продолжала, обращаясь только к Томасу. Видимо, мои вопросы низвели меня куда-то, где находятся глупые, никчемные существа, не стоящие ни одного ее слова.

Она говорила:

— Мы скрылись в склепе, они как будто притихли, там, наверху…

Томас кивнул, типа, да, я знаю почему.

— Почему? — шепнула ему я.

— Потом, — сказал он.

— Но не могли же мы сидеть в склепе вечно и ждать, пока они пошлют за соответствующими. Поэтому…

— Чего? — произнесла я вслух.