– Доброе утро, инспектор! Поздравляю!

– Спасибо, – пробормотал я. Где, интересно, это утро доброе-то?

Вяло отмахнувшись от дальнейших восхвалений заслуг нашего отделения, я доковылял до кабинета, броском достиг стола и просто упал в кресло. Еще пару часиков поспать – хоть ходить нормально смогу!

Дверь скрипнула, впустив девушку. Ага, короткая юбка, идеально сидящая кофточка с распущенной до половины шнуровкой, дробный перестук каблучков, заставивших меня недовольно поморщиться, и перед моим носом плюхнулся исписанный лист бумаги. С трудом сфокусировав взгляд на написанном, прочитал: «Прошение об увольнении…»

– В смысле? – выдал гениальную фразу.

– Вы понимаете, лаэр, – девушка картинно глубоко вздохнула, – я поняла, служба – не мое призвание.

Кто бы сомневался. Теперь вот пришла, так красиво сидит, наклонившись ко мне и слегка повернув головку, смущенно бросает взгляд из-под ресниц… Фигурка, правда, напряжена, и руки никак места не найдут. Будто уловив мои мысли, Ления расслабилась, только тонкие пальцы с ярко-синими длинными коготками нервно подергиваются. Что имеем? Мысли прочитать не могла, я же вижу, девушка не маг. Но как быстро среагировала и подстроилась под мое восприятие! Да и если вспомнить, даже с вредной старушкой Крон нашла общий язык… Интересно, однако!

Нашел стило, лихо подмахнул бумагу. Нда. Сразу видно – в начальниках без году неделя. Такая загогулина… Куда там до шикарного витиеватого клейма Капитана или до заостренной закорючки Старлея. Учиться, господин инспектор, надобно! Бумаги вон целая папка чистой…

Ления схватила прошение, наградила томным взглядом и выпорхнула из кабинета. Так, стоит срочно обратиться к Капитану – стажера надобно! А то помрет отделение от бумажной работы-то…

Можно было девушку и задержать, но сдается мне, что любой намек на подобное был бы моментально остановлен сверху. Еще бы, пусть гномы и любят больше женщин своего рода, но такая цыпочка кого угодно уболтает вмиг…

Пока я выползал в отделение, Ления успела собраться, разложить на своем столе заполненные бумаги. Погладив Куорта и кинув прощальный взгляд, девушка открыла дверь и испарилась.

– Что скажете? – поинтересовался я у проснувшихся парней.

– Шпик, – зевнул Галл и, примяв котомку, вернулся к прерванному занятию.

Я перевел взгляд на гнома. Горндт, в отличие от парней, явно не выглядит сонным, но старательно пытается изображать обратное. Хотя, точно помню, сидел за столом до самого утра, не зевал, пел со всеми, гонялся за вопящим недомерком, участвовал в спешно собранном совете для вынесения приговора острослову… Собственно раздеть до исподнего мелкого и выгнать из харчевни было его идеей!

– Соглядатай, – спокойно уточнил Горндт, – видимо, подозрения не подтвердились и девушку отозвали…

Помощнички… Видели, понимали и молчали!

– От кого? – сквозь зубы прошипел, стараясь сдержать неожиданно возникшее бешенство, разом прогнавшее сонную одурь.

– Гильдия, кто ж еще, – спокойно пожал плечами гном.

– С чего такая уверенность?

– Кто еще так прямолинеен? – явно удивился Горндт. – Приятной внешности девица, ни капельки не подходящая к заданной роли, но с великой любовью к ненавязчивому разоблачению…

– Слушай, Горни, ты такой умный! Чьих-то сам будешь? – не сдержался я, а гном даже не поморщился:

– Нашенский я, лаэр. – Гном старательно соорудил удобную подушку. – А девица… Что худого? Работу исправно вела, глаз радовала, вопросов не задавала… Стреляла глазками, и усе. Теперь самим страдать придется…

Вот отрыжки троллей! Сразу, небось, раскусили девицу, а я, обратив внимание на другие заметные детали, пропустил суть… Ления справно работу выполняла, на важные разговоры не набивалась, и я, естественно, ни сном ни духом…

Краем глаза заметил движение и резко повернулся. Так, на жердочке сидит попугай, спрятавший голову под крыло. Поди, нагло дрыхнет пернатый на посту! Кстати, намедни насест-то упал, видно кто-то обратно прицепил его. А чего, спрашивается, упал? В ярких красках в голове вспыхнула одна забавная картина с донельзя разгневанным начальством, и я вспомнил о назначенной встрече. Крон! Опоздал на три часа!

Капитан с извечно хмурой миной уткнулся в бумагу, зажатую в пухлой руке, и кивком указал мне на кресло. Хоть одно в мире стабильно – настроение начальства. Точнее, полнейшая его непредсказуемость. Сидит себе тихо, почитывает, а потом как взрывается… Впрочем, нельзя не признать – повод имеется, и поэтому, дабы хоть немного отбиться от вполне реальной волны негодования и воплей, я нацепил единственно возможную защиту. Маленький блестящий кусочек металла на яркой ленточке.

– Не поможет, – буркнул Капитан, не отрываясь от чтения, – достижения твоего отделения на Играх не оправдывают порчу моего костюма, тем более распитие запрещенных во время дежурства напитков.

– Кувшин с пивом специально стоял в стороне! Готовились к удачному исходу соревнований…

– Да неужели? Помнится, именно я сообщил про ваше участие, – перебил меня Капитан и неожиданно рявкнул: – После того как ворох перьев облил меня пивом!

– Негодник понес наказание по всей строгости статута.