Шрифт:
– Хрм! Хрм! Хрм! – захрустели ветки под ногами приближающихся врагов.
Я опрометью бросился к девчонке.
– Сауле, поднимайся потихоньку и уходим,- зашептал я. Девчонка не подвела. Ничего не спросила, а молча и с удивлением уставилась на приближающиеся огни. Огни удивили не только девчонку, пасшаяся неподалеку Матильда и дремавшая стоя, вдруг пришла в себя и удивленно заржала. Твою медь! Светлячки тут же оживились и явно прибавили ход в нашем направлении. Слова приближающихся людей хоть и не стали понятны, но зазвучали громче и отчетливей.
– Чонь чинь боу! Ваю но хим!
– Бежим! – громким шепотом скомандовал я, и увлек Сауле за собой держа за правую руку. Адамитский шпион последовал за нами. Я чуть притормозил, чтобы спросить у него:
– Что они говорят?
– Им сказали стрелять на поражение…
И тут где-то посередине между нами и приближающимися десантниками раздался голос, от которого у меня пошли мурашки по коже, он мог принадлежать только одному человеку. Я был рад услышать его месяц назад, был счастлив услышать час назад. Но Бог мой! Как не вовремя!
– Сауле?! Ты где? – спросил он.
– Я здесь! – отозвалась Сауле.
Секунда тишины. Над моим ухом пронзительно пищали комары, но их песню тут же заглушили автоматные очереди.
***
Почерк казался знакомым. Это мой почерк, вспомнил Дервиш, наморщив лоб. Но, что он писал ? И вдруг вспомнил. Вспомнил какие-то домишки, и он стоит между ними и пишет на листе, прислонив его к мягкой, обсыпающейся стене дома, и шариковая ручка так и норовит проткнуть листок. Хотя, нет, писал в тетрадке. Лист он вырвал после, и не один. Один он засунул под череп, оставил записку Ронину, поскольку чувствовал, что может не справится. От калейдоскопа реальностей рябило в глазах, голова кружилась, подташнивало, то ли от болотной застоявшейся воды, которой он напился. (Другой тут не было а жажда мучила неимоверно), то ли от того, что мозг уже переставал отличать одну реальность от другой. И как следствие, отказывался принимать избыток информации и замыкался, что приводило к амнезии. Строчки плыли перед глазами…
«Дорогой друг… если ты найдешь эту записку, значит я не справился. И уже не справлюсь. Беги отсюда! Здесь опасно! Попадая в калейдоскоп реальностей перестаешь… забываешь », - что-то не то я пишу с тоской подумал Дервиш. – Нужно не забыть написать о главном. А что главное? Ах! Да!
«Артефакт я нашёл. Теперь его нужно… С ним что-то нужно сделать? Что?»
Сбившись с мысли, Дервиш перевернул лист в тетради и стал писать записку для себя:
« Если я забуду, что зовут меня …. А как меня зовут? Да. Нужно не потерять его… Кого? Что?» Дервиша стошнило. Вывернуло. Вода из желудка выплеснулась, зацепив стену и большей частью попав на землю. Пыль шариками свернулась вокруг исторгнутой из человека воды. Скомкав листок, человек засунул его туда же, куда засовывал ценную находку, в подклад прорванного халата, и пошёл вдоль стены домика, упираясь в неё ладонями, словно боясь, что она упадёт.
Дервиш вспомнил прошедшие события так ярко, такими красочными картинками, словно пережил их заново. Что делать? Где и как искать Сауле? Артефакт вернул его и подарил ночь любви. Но пережить её ещё раз, зная какие события последуют потом, Дервиш не хотел. Нужно выбрать другой момент. Какой? Да хотя бы попасть туда, где после всех событий оказалась Сауле. Тем более, что она сейчас с Рониным. Он видимо догадался, что следопыт будет искать её и забрал с собой.
Газарчи разжал ладонь, посмотрел на камешек в форме сердечка, от которого исходило слабое, призрачное свечение, и выдохнул:
– Хочу быть с ними!
В следующее мгновение он ослеп от внезапной обступившей со всех сторон темноты. Лес. Ночь. Справа слепит свет фонариков. Какие-то люди цепью идут по лесу. Что это? Откуда фонарики? Там ли он оказался? Не веря в происходящее, Дервиш негромко позвал:
– Сауле! Ты где?
И не успел обрадоваться её голосу, как загрохатали выстрелы, и пули засвистели над головой, справа, слева. Две горячие злые пули успели впиться в его тело, прежде чем он рухнул на землю. Пули продолжали свистеть пока он полз по мягкому лесному ковру, сминая траву и шурша слоем опавшей листвы, и чувствуя как жизнь покидает его тело вместе с кровью, толчками выплескивающейся из ран.
– Сауле…, - беззвучно шептали губы. Сквозь треск выстрелов и свист пуль, сквозь крики солдат на непонятном языке, в кромешной темноте он услышал стон, и пополз на звук. И нашёл,ощутил по запаху, почувствовал сердцем, что это она. Успел прижаться, прикоснутся к ней....и умер. Перед смертью подумав, как несправедлива жизнь.
А через мгновение светило солнце, легкий ветерок, пахнущий полынью, теребил копну рыжих волос. Дервиш стоял и смотрел на камешек, лежащий на ладоне, и испытывал жгучее желание закинуть его подальше и не вспоминать больше. Поскольку, осуществлял камень желания так, что отбивал всякую охоту в их осуществлении.
***
– Чух-чух-чух-чух! – лопасти месили воздух.
Шпион был уже на ногах, Сауле тоже.
– Бежим! Нельзя терять ни секунды! – почти выкрикнул я.
– А как же Газарчи? Они же..., - начала было Сауле, но я не дал ей договорить.
– Чем дальше мы будем отсюда, тем лучше для него!
И мы побежали. Побежали как сумасшедшие, бездумно, не оглядываясь, то и дело натыкаясь на ветки деревьев. Я заранее выбрал направление на Юг. Там вскорости жидкий лес должен был кончится, и можно было спрятаться в прибрежных камышах у озера. И пока мы бежали в сознании еще свежи были воспоминания предшествующей бесславной гибели. Нет, это надо же...!Скосило всех скопом, парой не прицельных очередей. Не даром говорил Александр Васильевич: Пуля – дура, а штык – молодец. Вот такие дуры нам давеча и попались. Но на этот раз нам повезло, успели уйти до того как нас обнаружили. Перевели дыхание только когда заскочили в заросли камыша. Если в лесу было ещё темно, то в степи серел рассвет. И пока он серел и легкие облачка на небе казались серыми тучками, я посмотрел на попутчиков. Адамит тяжело отдувался. Сауле раскраснелась и смотрела на меня суровым взглядом вахтерши в женском общежитии. Ещё бы! Она думала, что я предательски бросил в лесу её суженного. Может быть. Но в сложившейся ситуации нужно было спасти кого возможно, а потом кого получится.