– Я тоже, но к чему вы клоните?

– К тому, что они исчезли совершенно непонятным образом. В позднейших источниках – «восвояси» или «обратно за моря». В более древних я даже нашел «за пределы кругов этого мира». И еще одно обстоятельство. Ни единого имени грока. Прозвища – те есть. «Грок по прозванию Быстрый» – такого я встречал даже несколько раз. Но не имена. Примечательно?

– Но какой же вы сделаете вывод из этого?

– Думаю, что моря тут ни при чем. Гроки просто не из этого мира. Полностью чужаки во всем, кроме биологической основы, – иначе у них не было бы детей от здешних женщин. Значит, связь между мирами существует, и ей можно управлять. Это раз. Второе – у нас нет ни единого доказательства, но наш горец очень походит на грока.

– Хорошо. Допустим, он грок – и что?

– То, что он неопасен, как ни странно. Ни в одном источнике не упоминается стремление грока занять сколько-нибудь властную позицию. Все сказочные герои об этом только и мечтают, если помните. Стать королем, жениться на принцессе и всякое такое. Гроки – нет. И более того: ни в одном источнике я не встретил упоминания о том, что грок нападает. Защищается – да, и весьма успешно. По этому признаку наш горец точно грок.

– Ну тогда я задам вопрос: а что, собственно, гроки тут делали? И что тут делает горец?

– На первый вопрос отвечу сразу – данных нет. А у вас?

– То же самое.

– А на второй вопрос, мне кажется, ответить можно. Он, как мне показалось, встраивается в здешнюю жизнь. У Моаны он на роли боевого мага. Участвует в торговле кристаллами, хотя точно не известно, что именно он продает-покупает. И никакой агрессивности, заметьте. Больше вам скажу: я бы охотно купил у него кристаллы. И при этом цена на них будет лучше, чем у Морад-ара.

– И вы не предвидите никакой опасности от него?

– Решительно нет, особенно если он и вправду грок.

– А если не грок? Если он из-за Великого океана?

– Допустим, он оттуда – и что? Он рвется к власти? Он готовит вторжение? Он ведет разведку? Вы можете представить себе разведчика, который до такой степени бросался бы в глаза своей чуждостью?

Пауза.

– И это еще не все. Вы хорошо знаете Моану-ра?

– Пожалуй, не очень. В профессиональной сфере у нас соприкосновения нет, как вы понимаете, а вот в гильдии мы пересекались пару раз.

– И все же вы не станете отрицать, что она великолепный маг жизни и при том исключительной проницательности аналитик?

– Готов это подтвердить.

– Так вот, у Моаны-ра отличное положение в обществе. Она не кандидат в академики и вряд ли таковой станет. Но ее гонорары куда выше многих, если не всех кандидатских доходов. Она абсолютно не заинтересована в изменении структуры здешнего общества. Вот вопрос: стала ли бы она держать возле себя потенциальную угрозу этому обществу – имею в виду нашего горца? Уж она-то наверняка раскусила его – с ее умом. И все же он при ней.

– Если не она при нем.

– Вот уж позвольте не поверить. Она – это величина в обществе. Он – никто. У него нет имени… даже в буквальном смысле слова.

– Положим, это мы с вами не знаем его имени, а вот Моана-ра его, вероятно, знает.

– Возможно. Но вернемся к делу. Моана-ра не видит в горце угрозу стабильности общества – вот к чему я веду. Иначе она бы его не потерпела.

– Сейчас да, не видит. А в будущем?

– А вы не делайте так, чтобы в будущем общество ополчилось против горца. И он не доставит хлопот. Рецепт простой.

– Воля ваша, но у меня оптимизма поменьше. Как хотите, но я буду продолжать собирать сведения о горце.

– Так ведь и я собираюсь делать то же самое. Но осторожность – вот к чему вас призываю.

– С этим, пожалуй, соглашусь. Предлагаю и впредь обмениваться информацией. Сделка?

– Сделка. Вы позволите еще этого замечательного печенья?

До чего жизнь хороша, если валяться в постели, спать, когда захочется, и ровно ничего не делать (если не считать поглощение еды и питья). Именно этим я целый день и занимался в полном соответствии с тем, что доктор прописал.

Но на следующий день я посчитал сам себя вполне здоровым, чтобы заняться наконец неотложными делами. Правда, сразу же после завтрака я был взят Ириной и под строгим конвоем препровожден в ее комнату, где был полностью осмотрен на предмет обнаружения хворей. Вердикт был такой:

– Пожалуй, ты здоров, командир. Не понимаю, как тебе это удалось.

Я скромно промолчал и улизнул при первой возможности.

Еще во время завтрака я провернул самое неотложное дело, а именно: приласкал нашу норочку, поблагодарил ее за то, что она так хорошо меня согревала, и угостил ее вареным яйцом. В ответ Кири скромно проурчала, что не стоит благодарности и что она, мол, всегда готова.