Сафар крепко призадумался.

– Нужно… показать, что ты можешь стать мастером.

Тут он понял, что сказал не то, и поправился:

– Нужно показать, что ты тоже можешь сделать то, что любой другой мастер умеет.

– Это что-то вроде экзамена?

– Нет, для этого нужно показать мебель или еще чего из дерева. И чтоб не хуже, чем у других. А потом еще выставить угощение для мастеров.

– Ну а если изделие будет лучше?

На этот раз кандидат в подмастерья задумался очень надолго.

– Я про такое не слыхал. Даже не скажу, что будет.

Я мог сказать, что будет: поток злобы и зависти.

– А какой смысл вообще становиться мастером?

Сафар даже усмехнулся от такой наивности.

– Твои изделия на рынке дороже стоить будут. Изделия от члена гильдии – это значит, что покупатель получит качественную вещь.

– А кто вообще в гильдии главный?

– Первый мастер, понятно.

– Как становятся первым мастером?

– Эта должность на год. Выборы проводятся, кто больше получил голосов, тот и будет первым мастером.

– А если на следующий год победит тот же самый человек?

– Значит, он и будет первым мастером.

– А что хорошего в том, чтобы быть первым мастером?

На этот раз Сафар чуть не выронил из рук заготовку от сдерживаемого смеха.

– Почет – это раз. Уважение – это два. Влияние – три…

– Стоп, вот с этого места – подробнее.

– К мнению первого мастера прислушиваются. Если он скажет: «Да, этот подмастерье достоин звания мастера», то, скорее всего, он им и станет. И наоборот. И потом: изделия первого мастера всегда очень высоко ценятся.

Это как раз понятно: престиж – он и в других мирах престиж.

Тут я задумался. А так ли мне нужно, чтобы Сафар стал мастером и членом гильдии столяров? Не очень-то. Дело хорошее, кто спорит, но как же кристаллы? Придется провести разъяснительную работу.

– Сафар, оставь на минуту полировку. Слушай внимательно. С такими шкатулками у тебя есть все шансы стать мастером. Но имей в виду: есть нечто еще более привлекательное. Ты сможешь делать такие вещи, которые во всем этом мире только двое и делают. Сама Моана-ра сочтет за удачу купить твои изделия. Мастерская у тебя будет, без вопросов. О деньгах даже не упоминаю. Но главное: ты получишь громадное уважение со стороны всех нас и меня тоже. Спроси команду – все скажут, что я слова в реку не бросаю.

Некоторое время парень молчал.

– Командир, что ты слово держишь, это я и так знаю, да и от других наслышан. Но только скажи: что же это за штука, которую надо делать? То есть хочешь, чтоб я делал? Украшения? Оружие? Что?

– Сейчас не скажу. Сначала дождемся приезда дознавателя. Хотя нет, заготовим что надо для его приезда, а после начну показывать. Ахнешь. Но учти, делать сначала будешь самые простые вещи и одновременно учиться. А уж потом…

Заинтригованность есть. Пока этого хватит.

После ужина мой ученик удалился к себе в комнату решать примеры, а я снова взялся за полировку. Кристалл выходил очень приличный, на мой взгляд. Не стыдно выставить на продажу. Осталась последняя полировка, ее я решил отложить на завтра. Теперь сходить к Ирине, выяснить, как идут у нее дела. Как оказалось, вовсе не плохо, в активе было уже два литра продукта двойной перегонки и еще два с половиной литра – одинарной. На всякий случай я проверил качество продукта с помощью горящей лучинки (налил небольшую порцию в тарелку) – горит. На Ирину произвело волшебное действие, она распахнула глаза до отказа и прошептала:

– Горит… Как красиво… И долго так гореть будет?

Ну да, Ира ведь начинающий химик, такого почти бесцветного пламени она сроду не видела.

– Пока весь не сгорит. Этанол можно использовать как топливо, только он дорог.

Кажется, мой престиж еще поднялся, хотя я думал, что вроде и так высок. Судя по взгляду, девчонка принимает меня за ангела небесного. Не уверен, что это хорошо.

Теперь на сон грядущий не худо бы подготовить с полтора десятка примеров на завтра. Этим я и занялся.

Примерно на восьмом примере меня отвлек женский голос – Моаны, как я определил. Судя по интонациям, особо почтенная была близка к тому, чтобы кончить и прилагала все усилия, чтобы сделать это как можно быстрее. Через непродолжительное время ей это удалось.

Пришлось пожать плечами. Она взрослый – более чем! – человек и уж наверное знает, что делает.

Мои примеры уже почти были закончены, когда Моана появилась лично. К моему удивлению, ни малейших следов беспорядка заметно не было – ни в прическе, ни в одежде. Ну если не считать выражения лица.