– Ну, хорошо. А как он выглядит? Ты его видел?

– Не-а!
– замотал головой Кулак.
– Его никто не видел. А те, кому довелось с ним повстречаться, те уже давно гниют в болоте... Но я знаю, что он ужасен! Это самое мерзкое и отвратительное существо, которое видели люди. Все ночные кошмары - ничто в сравнении с ним!..

Он замолчал. Нервно отхлебнул из кружки, уставив невидящий взор куда-то перед собой. Признаться, я не ожидал от него такой изысканности в выражениях. Может быть, это алкоголь так действует на него? Спросил:

– А откуда он взялся здесь?

– Что?
– Кулак, словно, очнулся ото сна.

– Как появился здесь этот ревун? Ты знаешь?

– А-а... Это давняя история... Долго рассказывать.

– А нам все равно спешить некуда. До ночи еще далеко.
– Я в упор посмотрел на него.

– Ну, хорошо, - неохотно согласился он.
– Если тебе так не терпится?
– Кулак покосился на свою кружку, но на этот раз пить не стал.

– Там, - он указал куда-то в сторону леса, - за болотом, есть городишко, Аполлион прозывается... Да ты там был, кажется?
– вспомнил он.

Я согласно кивнул.

– Ну, и как? Никого там не встретил?
– Кулак, прищурившись, посмотрел на меня.

– А кого я там должен был встретить?
– Я постарался проникнуть в самую глубь его пьяных глаз.

– Значит никого, - кивнул Кулак.
– Тогда, значит, и не за чем говорить об этом!
– Он замолчал, бессмысленно уставившись поверх кружки.

– От чего же? По-моему, как раз стоит поговорить об этом, тем более что в Аполлионе многое показалось мне странным!
– Я внимательно наблюдал за ним.

– Ага!
– встрепенулся он.
– Значится, все ж таки, видел их?

– Видел, - кивнул я.
– Это и есть твои "ревуны"?

– Нет... нет, что ты!
– Кулак затряс головой.
– Эти-то были людьми. Просто они не ушли вместе со всеми, когда, значит, время подошло...

– А что случилось? Откуда там такое мощное излучение?

– В этом-то все и дело!
– Кулак лег грудью на стол, глядя на меня снизу вверх.
– Когда-то, значит, был там заводишко один... стало быть, компания Наоки держала его там...

– Постой-ка! Наоки, говоришь?
– удивился я.
– А ты, что же, и Наоку знаешь?

Кулак самодовольно усмехнулся:

– А то! От чего же не знать? Наока человек известный в наших краях. И прииск этот тоже его когда-то был. Только тогда заправлял всем еще его дед, тоже знатный мужчина. Чем уж они занимались на том самом заводе, я не знаю, да и никто не знает, только случился однажды там страшной силы взрыв...

– А что произошло?

– Кто ж его знает! Авария какая-то, наверное. Только началось тут такое! В окрестных лесах зверь пропадать стал, деревья на корню сохнуть стали, трава желтеть. Люди, и те сохнуть, как деревья, стали. Те, стало быть, что при аварии этой на заводе были, и уйти не успели. Начались тут беспорядки... Тогда-то компания и прислала комиссию, экспертов всяких, чтобы проверить, значит, действительно ли заражение произошло. Ну, походили они, походили с приборами всякими около завода этого, в земле поковырялись, воду из ручья попробовали, а после сообщили всем, что никакого заражения нету, что, значит, шум весь зря подняли, сплетни это одни. Надо успокоиться и работать, как раньше работали. Но не тут-то было! Ребята в рабочем комитете оказались смышлеными, и запросили новую комиссию, из самого, стало быть, правительства! Наока-дед спорить с ними не стал. Только ночью, через пару дней, понаехали в город его молодчики, собрали всех недовольных, и увезли их в неизвестном направлении. Так что, больше их никто никогда и не видел...

– А дальше?

– А что дальше? Дальше на завод привезли новых рабочих. Кто же хочет с голоду помирать без работы? Только работа эта у них не пошла совсем. Видать, действительно сильное заражение было. И в городе этом совсем жить стало невозможно. Вот и прозвали его тогда "губителем". Народ, кто поумнее, в столицу подался, а завод компании все равно пришлось закрыть. Вот так-то!

– А как же люди из рабочего комитета, которых увезли? Неужели об их судьбе так ничего и не известно?

Кулак покачал головой.

– Сгинули они... Только после этого, аккурат годика через три, появились в этих местах дьяволы - не люди, не звери. Народ местный, старательный, кличет их ревунами, и в лес теперь ни ногой. А приходят ревуны эти откуда-то из-за болота...

– Постой-постой!
– остановил я его, охваченный внезапной догадкой.
– Уж не хочешь ли ты сказать, что это те самые... Но, тогда они мутанты!

– Я тебе сказал все, что знал, - прищурился Кулак, - а ты уж сам решай, что к чему. Ты, видать, парень смышленый, а мы люди темные.
– Он снова отхлебнул из кружки бродило.

Как он только его пьет? Вонь стоит, как на болоте! Я поморщился. Кулак бездумно уставился в одну точку перед собой. Крупные капли пота катились по его небритым щекам, стекая за воротник рубахи на волосатую грудь, но он не обращал на это никакого внимания.

– Так значит, ревун ищет Наоку?
– нарушил я молчание.

Кулак вздрогнул, посмотрел на меня мутными глазами.

– Наоку?.. А! Не... зачем ему Наока?.. Да и помер он давно.

– Ты имеешь в виду, деда Наоку?
– уточнил я.