— Я рассердился потому, что нам помешал мужчина, которого ты любила, — с горечью сказал он.

— Нет! — вскрикнула она. — Рональд, пожалуйста, посмотри на меня. Я не могу изливать душу твоей спине. — Медленно повернувшись, он подошел к ней, и на этот раз она сама взяла его за руки, усаживая рядом с собой. — Послушай, — сказала Милли. — Мы провели вместе ночь, и это была самая замечательная ночь в моей жизни, а ты вел себя так, словно это было для тебя нечто абсолютно ординарное. — Рональд хотел что-то сказать, но она остановила его, мягко прижав пальцы к губам. — Нет, позволь мне договорить. Понимаешь, я не могла не задуматься, действительно ли ты испытывал что-то ко мне, или это было чисто физиологическое стремление. А, может, ты просто жалел меня?.. Рональд уставился на нее.

— Ты — сумасшедшая!

— Все это было в новинку для меня, а в то утро ты был так небрежен… И я подумала: возможно, для него все это не так важно, как для меня. Я должна быть осторожна, чтобы не поставить его в неловкое положение. Понимаешь? Обхватив ее лицо ладонями, он нежно поцеловал ее.

— Я не знаю ни одной женщины, которая бы беспокоилась о том, чтобы не поставить меня в неловкое положение, — сказал он. — Поэтому просто не понял этого. Извини.

— А потом ты ушел на эту ужасную гору, — уже чуть не всхлипнула Милли, полностью погрузившись в воспоминания. — А я осталась в полном смятении у неясно бормочущей рации. Я так волновалась за тебя…

— Любимая! — Он притянул ее к себе. Она все еще не смела поднять на него глаз.

— И я сказала тебе по рации все, что чувствую. Ты просто не слышал. Он тихо сказал:

— Я слышал. Ты сказала: «Вернись ко мне», и я спешил, но, когда пришел, у тебя был Шон. Я обиделся, потому что ты ничего не сказала ему о нас. Мне показалось, что ты просто прячешься за меня, а на самом деле все еще любишь его. Мне было неизвестно, что ты в действительности чувствуешь ко мне и чувствуешь ли вообще что-нибудь.

— Именно поэтому ты с такой ненавистью закричал на меня? — медленно спросила Милли.

— Это было просто отчаяние, — честно признался Рональд. — Я знал, что в эмоциональном плане ты живешь в мечтах, но мне не приходило в голову, что ты девственница. А когда я догадался, что ты никогда не спала с Шоном и у нашей ночи любви могут быть последствия… в общем, я почувствовал, что меня использовали. А единственное, в чем я хотел быть уверен, так это в том, что уж ты-то никогда не используешь меня в своих целях. Поэтому я был буквально взбешен.

— Я помню.

Милли поежилась. Рональд отпустил ее. Его лицо стало мрачным.

— Так значит, ты считаешь, что я тогда сбежал? И именно поэтому отказываешься выйти за меня замуж?

— Почему тебе потребовалось так много времени, чтобы вернуться ко мне? — задала встречный вопрос она.

— Я хотел прийти раньше. — Его голос стал очень тихим. — И приблизительно через три недели после того, как мы расстались, твердо решил сделать это. — Он провел рукой по глазам. — Но не смог. Я вспомнил, что на то самое воскресенье, когда мы с тобой уехали в Испанию, у меня было назначено интервью с одним журналом. Поскольку я пропал, репортеры пытались узнать, где и с кем я, и, появившись у тебя, я мог подвести тебя. Помнишь, нас снимали в тот момент, когда мы выезжали из гаража? Фотографии были нечеткими, но тебя вполне могли бы узнать. — Он на мгновение остановился. — А самое главное, я считал, что ты больше не желаешь встречаться со мной. Тем не менее я постоянно наводил о тебе справки через Джуди.

— Справки? — словно эхо повторила Милли.

— Мне нужно было знать, не беременна ли ты, — резко ответил он.

Она залилась краской смущения.

— Выяснилось, что ты поменяла наставника и снова стала играть. У тебя все складывалось хорошо, в то время как я… — Он мрачно засмеялся. — Я даже не был до конца уверен, смогу ли сниматься. Что в этом случае я мог бы тебе предложить? Кроме того, ты ведь сама сказала, что не желаешь меня больше видеть.

Рональд выглядел холодным и неприступным, но Милли уже знала его очень хорошо. Я ведь смелая, напомнила она себе, так он мне сам сказал. И она подошла к нему.

— Так что же изменилось теперь? — спросила она, покрывая его щеки поцелуями.

— Ты изменилась. — Его голос потеплел, хотя в нем все еще чувствовались мрачные тона. — Я услышал это в твоей музыке. Я попросил Джуди предложить тебе эту работу, но не надеялся, что ты за нее возьмешься, а тем более вложишь свою душу.

Милли поцеловала его бровь.

— А я думала, что ты считаешь меня скучной. Так же, как Шон. Он называл это моими дурацкими принципами.

— Ты никогда не бываешь скучной, — с жаром воскликнул он. — И я просто обожаю эти твои принципы. Они означают, что я могу доверять тебе. — Развернув ее лицом к себе, он неожиданно стал очень серьезным. — Послушай, любимая, мне всегда было нелегко доверять людям. Не знаю, смогу ли я стать хорошим мужем. Ты рискнешь выйти за меня замуж?

Милли пристально посмотрела ему в лицо.

— Ты любишь меня. Рональд? — наконец выговорила она. — Ты действительно желаешь меня?