Милли ухватилась за эту нейтральную тему.

— Да. Двое альпинистов попали в беду. За ними отправилась спасательная команда. Теперь с ними уже все в порядке, хотя пришлось вызывать вертолет…

Шон нетерпеливо перебил ее:

— Оставь это. Что, черт возьми, затеваешь ты? Милли вздрогнула как от удара плетью. От молодого человека, увлеченно учившего ее музыке тем далеким летом, не осталось и следа, так же как, впрочем, и от обаятельного мальчика, знакомого ей с детства. Теперь лицо Шона казалось ей на удивление неприятным. Неужели она действительно потратила восемь лет жизни на любовь к этому человеку?

— Я готовлю обед.

Он торопливо шагнул ей навстречу.

— Перестань притворяться! Старая Роза из бара сказала мне, что ты здесь с мужчиной. С другом! — Его голос был полон отвращения. — Это правда?

Милли засомневалась, стоит ли ей отвечать на этот вопрос. Она нервничала и старалась убедить себя в том, что слышит шаги за дверью.

— Я очень занята сейчас. Спасатели вот-вот вернутся с гор…

Шон быстро пересек комнату и схватил ее за запястье. От прикосновения к больной руке она поморщилась, но он не заметил этого.

— Чем, черт побери, ты опять играешь со мной в кошки-мышки? — яростно перебил ее он. — Говорят, он какая-то знаменитость. — В его словах звучало отвращение.

Собрав остатки мужества, Милли встала. Рональд ведь говорил, что она храбрая, не так ли?

— Пусти меня, Шон, — с достоинством ответила она. — Рональд — мой хороший друг и был очень добр ко мне. Он помог мне вести машину, так как я сама не могла толком управлять ею. Из-за больной руки, — многозначительно напомнила она.

Он пропустил это замечание мимо ушей.

— Кто он?

— Киноактер.

— Актер? Боже мой, ты, должно быть, сошла с ума. То строишь из себя недотрогу, то бросаешься в кровать с каким-то целлулоидным красавчиком!

Милли вздрогнула, и Шон заметил это. Кровь отхлынула от его лица.

— Боже мой, — прошептал он. — Так, значит, ты действительно спала с ним? Не верю!

— Однако это действительно так, — раздался за его спиной спокойный мужской голос.

Милли резко обернулась. Грязный, взлохмаченный, со связкой веревок на плече, в дверях стоял Рональд. Она впервые заметила, что его щеки потемнели от щетины. Конечно, ведь сегодня утром у него не было времени побриться, сообразила она, а в горах он провел больше семи часов. Сейчас он выглядел очень мужественным.

Шон, окинув Рональда взглядом, презрительно скривил рот.

— Потянуло на мужланов, а, Милли? — не отрывая от соперника взгляда, поинтересовался он.

Она поспешила встать между ними, как будто они и в самом деле собирались подраться. Это было бы просто смешно, про себя отметила она. Они оба — цивилизованные люди, да и делить им нечего.

— Рональд Бредли. Шон О'Флаэрти, — представила их друг другу она. Глаза Рональда сузились.

— Я так и подумал. Так вы и есть легендарный наставник Милли?

— Друг, — быстро поправил его Шон и многозначительно взглянул на нее. — Старый друг. Рональд резко втянул в себя воздух.

— Насколько мне известно, вы довольно странным образом проявляете свои дружеские чувства. Так, значит, решили навестить свою давнишнюю подругу?

— Ее отчим предложил мне заехать сюда, — холодно ответил тот. — Милли ахнула от изумления, Рональд бросил на нее быстрый взгляд, а Шон вкрадчиво продолжил:

— Питу показалось, что у Милли депрессия. Это случилось с ней после болезни. Он подумал, что сейчас ей лучше не оставаться одной. А у вас есть какие-нибудь возражения на этот счет?

Их взгляды скрестились, как шпаги. Рональд пожал плечами.

— Она не в депрессии, — ровным голосом сказал он. — И не одна. Думаю, вы понимаете, что именно я имею в виду.

Шон стиснул кулаки, но предпочел проигнорировать эти слова. Он обратился к Милли.

— Я знаю, почему ты здесь оказалась, — проговорил он покровительственно мягким, так хорошо знакомым ей тоном. Неожиданно Милли поняла, что за последние несколько месяцев стала просто бояться Шона. — Ты решила, что если уедешь, то сможешь переработать вещь, которую показывала мне? — Он грустно покачал головой. — Моя дорогая Милли! Как бы мне хотелось доказать тебе, что ты гоняешься за призраками. Это только причинит тебе боль. Премия будет вручена тому, кто действительно силен в классике.

Осипшим от волнения голосом Милли возразила:

— Ты ошибаешься. Я приехала сюда потому, что этого очень хотел Пит…

— Силен вроде вас? — вдруг перебил ее Рональд, обращаясь к Шону, и, хотя вопрос был задан в спокойном тоне, Милли почувствовала сквозящий в нем гнев.

— Да, я также участвую в этом конкурсе. В числе прочих претендентов, — вынужденно согласился Шон.

— Вы меня просто поражаете.

— Да? Почему? — с неподдельным удивлением спросил Шон.