– Если бы мы знали кого-нибудь из ученых! – сказал Джонни. – Наверное, они бы поняли. И поверили.

– Но мы не знаем. Ну? Что будем делать?

– Погоди, хрангелы советуются, – сказал Ник.

– «Хрангелы советуются», – язвительно повторила Сара. – Пусть быстрее советуются, а то скоро они одни на острове и останутся. Придется им учиться передавать мысли хрангелам за куполом.

Ника осенило.

– Слу-у-шай! Сарочка, а ты ведь можешь передавать мысли хрангелам, они-то точно поверят!

– Замечательная идея! Я прямо каждого хрангела знаю в лицо, вот так ходила по улицам и здоровалась: «здравствуйте, мистер хрангел,

здравствуйте, мисс хрангел!». Я ни одного хрангела в своей жизни не видела, кроме того вечера, когда они нам на минутку показались.

Форчунья взволнованно заговорила у Ника над ухом.

– Подожди, – он немного отодвинулся, – ты можешь говорить медленнее?

– Хрангелы умеют принимать любой образ, – уже спокойнее повторила Форчунья. – На самом же деле мы, так сказать, бестелесные духи. А выглядим так или иначе просто потому, что... ну, не знаю почему. Понимаешь? Любой из нас может стать таким, как какой-нибудь из наших хрангелов, и тогда Джонни будет знать, как он выглядит, а Сара передаст свои мысли!

– Давайте так и сделаем, – кивнул Ник.

– Подождите минутку, мы посоветуемся, в кого перевоплощаться, – попросила Форчунья.

– Предлагаю Уму, – сказала Красинда, – мне кажется, она – самая лучшая кандидатура.

Все согласились. Ума, и правда, очень подходила для этой роли: решительная, уверенная в своем душевном здоровье и уж точно – не подверженная галлюцинациям, а самое главное – она все знала об эпидемии и об острове. Она – поверит.

– Кто будет превращаться в Уму? – спросила Мудрица.

– Форчунья, – тут же откликнулась Красинда.

– Странно, я думала, ты сама захочешь, – удивилась Мудрица.

– Нет, я не могу. Я не смогу изобразить такой глубокомысленный и чуть насмешливый взгляд, как у нее, – объяснила Красинда, – а без этого Ума не получится.

– А я, значит, смогу, – усмехнулась Форчунья.

– Конечно, сможешь, у тебя и сейчас такой взгляд, – заверила Красинда, – иногда мне кажется, что вы – сестры.

– Ладно, – ответила явно польщенная Форчунья (такое сравнение очень порадовало ее). И тут же... стала Умой.

– Копия! – прокомментировала Красинда.

– Смотрите внимательно, – предупредил Ник друзей,– сейчас она

появится.

Форчунья-Ума сделалась видимой, постояла минуту и растаяла в воздухе.

– Запомнили? – спросил Ник.

– Конечно! – в один голос сказали Джонни и Сара.

– Симпатичная... – чуть погодя добавила Сара.

Ответный удар

Ума была занята какими-то бумагами, как вдруг в ее голове возникло: «Госпожа Ума, не думайте, что это галлюцинация или разыгравшееся воображение. Мы – дети из GT. Мы умеем передавать мысли, нам нужна помощь, выслушайте нас».

Ума не единой секунды не сомневалась, что это – самая настоящая правда. Кому как не ей, знать, что в мире существует много необъяснимого, и если что-то не укладывается в чьи-то представления о жизни, это не означает, что такого не может быть. Ума застыла, даже ее рука, держащая документ, повисла в воздухе. На далеком тропическом острове мальчик Джонни кивнул друзьям – получается! Зная, что ее слушают, слышат и понимают, Сара быстро передавала все, чему научил ее Ник.

Ума слушала с замиранием сердца. «Это же оно, оно! Все вполне может быть так, как говорит этот детский голос!». Когда Сара закончила, Ума на всех парах помчалась к Клаусу.

– Ума, детка, что ж ты ко мне с этим пришла, нужно было сразу – к Генимыслею! Быстренько, быстренько туда!

Уже через десять минут оба они были на месте.

– Ты думаешь, это правда? – взволнованный Генимыслей посмотрел на Клауса.

– Господин Глава Совета, разве у нас много других версий? Эта, на мой взгляд, весьма правдоподобна.

Генимыслей нажал кнопку переговорного устройства.

– Лана, пожалуйста, быстро оповестите всех членов Совета об экстренном совещании. Пусть бросают свои дела и мигом – ко мне!