— Да.

— Что-то не похоже на ресторан.

— В этом-то и прелесть. — Он взял меня за руку и вытянул из машины, на секунду прижав к себе и уткнувшись носом в мои волосы. — Ммм, какой приятный запах!

— Твой любимый?

— Я подумал, тебе подойдет.

— Странно. Этот аромат всегда ассоциировался у меня с Ребеккой.

— А у меня нет. — Он слегка отступил назад и опустил руки.

Мне вдруг стало холодно. Тонкая шелковая шаль не спасала от пронизывающего ветра.

— Она всегда пользовалась этими духами. — Я понимала, что не стоит затрагивать эту тему, но какой-то неугомонный бесенок тянул меня за язык. — Во всяком случае, после того как познакомилась с тобой.

— Ну ладно, хватит!

— Что хватит? — Я ощутила внезапную тревогу.

— Хватит ревновать. — Он смотрел на меня сверху вниз с отрешенным выражением лица. — Я такого не терплю. Да ты и сама знаешь, что это лишнее. Мне не нужно притворяться, будто ты первая девушка, которую я приглашаю на ужин.

— Прости…

— Не надо извиняться. Просто… я хочу быть честным с тобой и обойтись без той чепухи, которая обычно бывает, когда начинаешь с кем-то встречаться. Давай договоримся сразу: мы не будем морочить друг другу голову дурацкими упреками и придирками.

— Я согласилась только поужинать с тобой, — заметила я. — Мы проведем вместе всего один вечер, а не целую жизнь.

— Да, сначала я думал, что это будет только ужин, но потом ты открыла дверь и… я увидел тебя… такую… — Он жадно оглядел меня с головы до пят. — Я не отпущу тебя, Луиза.

Я вошла вслед за ним в ресторан, ощущая нереальность происходящего. Ощущение только усилилось, когда за серой невзрачной дверью обнаружился маленький уютный зальчик на восемь столиков. Свисающие крохотные светильники оставляли лица посетителей в тени. Столики были безукоризненны, а метрдотель, узнавший Гила и приветствовавший его как старого приятеля, — услужлив, но не подобострастен. Бросив на меня вопросительный взгляд, Гил заказал шампанское. Его быстро принесли — бледно-кремового цвета, в высоких узких бокалах. Оно пузырилось у меня на языке, когда я читала меню.

— Может, есть продукты, которые ты не ешь? — поинтересовался Гил.

— Разве что требуху. А еще устрицы.

— А я люблю устрицы. Ты должна к ним привыкнуть, и тогда они тебе понравятся.

— Сомневаюсь.

— Что ж, посмотрим.

Он продолжил изучать меню, а я нахмурилась.

— Я вижу, ты совсем не терпишь возражения.

— Как правило, да. Но сейчас это не важно, потому что устриц нет в меню этого ресторана. Вот что я хочу для нас заказать. Шесть блюд. Ты готова?

Вопрос прозвучал как вызов, и мне ничего не оставалось, как согласиться. Я даже не стала смотреть, что именно он выбрал.

По счастью, порции оказались крохотными. Официант выставил перед нами маленькие тарелочки с шестью блюдами, называя каждое. Настоящие произведения искусства! Пухлые белые гребешки, круглые и сладкие, на подстилке из бледно-зеленого кабачкового пюре. Горка грибного ризотто жемчужного цвета. Кислый грейпфрутовый шербет в запотевшей от холода креманке. Нежная розовая говядина в густом темном соусе рядом с облаком картофельного пюре. Водоворот ванильного мусса в море горького шоколада. Солнечно-желтое лимонное пирожное, украшенное крупными ягодами малины.

Я ела с истинным удовольствием, расслабившись и на время забыв, что с Гилом надо держать ухо востро. Он по большей части молчал. Отрываясь от еды, я часто натыкалась на его внимательный взгляд. Он словно исследовал меня, пытаясь разгадать какую-то загадку. Я не мешала ему в этом.

Когда подали кофе — черный эспрессо, увенчанный светлой пеной, в маленьких чашечках, — я спросила:

— Ты когда-нибудь был здесь с Ребеккой?

— Что?

— Ты наверняка уже бывал здесь, и не раз. Мне хочется знать, приходил ли ты сюда с ней.

— Нет. — Он откинулся на спинку стула, поигрывая кофейной ложечкой. — А что? Какая тебе разница?

Я засмеялась.

— Нет смысла притворяться, будто я о ней совсем не думаю. Если бы не она, мы бы сейчас не сидели здесь вместе.

— Люди знакомятся самыми разными способами. Я бы не стал придавать большое значение ее роли в наших с тобой отношениях. — Он отвернулся от меня и принялся разглядывать зал, будто потерял интерес к разговору.

— И все-таки я не дам тебе уйти от этой темы. Согласись, наш случай не совсем обычный. Одно дело, если бы Ребекка познакомила нас на вечеринке. Но ведь она была твоей девушкой. И я хочу об этом поговорить.