— Смотри, ребята, — взмахнул рукой Женя. — На нас летит.

Все невольно повернули головы в ту сторону, куда показывал Женя.

На большой высоте в свете трех прожекторных лучей сверкал крестик бомбардировщика. Со всех сторон к нему тянулись разноцветные трассы снарядов и пуль. Вокруг самолета беспокойными бабочками порхали огоньки разрывов. Но он не сворачивал с курса, явно стараясь пробиться к гавани, где стояли боевые корабли.

— Неужели не собьют? — с досадой сказала Соня.

— Не каркай, собьют, — уверенно заявил Федя. — Не подпустят.

От волнения он даже забыл добавить свое обычное «значит».

И тут раздался истошный вопль Левы:

— Ракета! Ребята, ракета!

О бомбардировщике мигом забыли. С удивлением и испугом уставились на крышу дома. Над ней на темном фоне неба яркой красной полосой светился, быстро угасая, след сигнальной ракеты.

— Откуда? — взвизгнул Федя.

— Из слухового. — Лева показал на чердачное окно над ближайшей лестничной клеткой.

— Женя — в штаб! — распорядился Федя. — Доложить капитану. Остальные — за мной!

Он первым нырнул в подъезд.

Лева, Юлий и Соня кинулись за ним. Лева прихватил по дороге валявшиеся у крыльца железные щипцы.

Вверх по лестнице бежали, перемахивая через две ступеньки. Мигом взлетели на площадку третьего этажа.

— Куда торопитесь, пацаны? Неужто «зажигалка» на чердак попала? — остановил их негромкий голос.

На лестничной площадке у открытой в квартиру двери стоял мужчина. Лет сорока, высокий, грузный. В расстегнутом полушубке, брюках армейского образца, хромовых сапогах. На голове — серая кубанка.

Из прихожей тускло светила коптилка. Юлий разглядел: на лице незнакомца недобрая настороженность.

«Почему я его не знаю?» — с досадой на себя подумал Юлий. До войны он бывал в этом доме, приходил к своему дружку Киму Портнову и знал многих жильцов. Правда, в опустевший дом могли вселиться и другие. Но что-то Юлия беспокоило.

А Лева обрадовался.

— Дядя, помогите! — взмолился он с ходу. — На чердаке ракетчик!

— Не вопи! — осадил Леву Федя и вырвал у него щипцы. — И так слышно.

— А что? — оторопело попятился Лева. — Я ничего…

— Молчи, — толкнул его в бок Федя и, звякнув щипцами, выдвинулся вперед.

Незнакомец растерянно улыбнулся, сунул руку в карман полушубка.

— Что вы, пацаны! Какие тут ракетчики! У нас, в Кронштадте? Померещилось вам. — Голос его звучал ровно, убедительно. — Я живу здесь, услышал бы.

«Здесь живет, а одет, как в поход собрался, на ночь глядя…» — продолжал размышлять Юлий.

На всякий случай он незаметно нащупал в кармане рукоятку браунинга.

— Мы сами видели, — виновато высунулся из-за Феди Лева. — Ракету видели. Красная-красная…

— Да замолчи ты… — Соня потянула Леву за рукав.

— А мало ли сейчас стреляют? — Незнакомец, о чем-то раздумывая, искоса оглядывал ребят. — Но… если так… я… минутку.

Он вдруг повернулся к двери, намереваясь уйти в квартиру.

— Надо задержать, — шепнул Федя Юлию.

— Понял, — ответил Юлий и достал браунинг. — Стой! Ни с места!

Короткий ствол браунинга уперся в спину незнакомца.

Федя со щипцами наперевес загородил вход в квартиру.

Незнакомец неохотно остановился.

— Вы что, пацанье, ошалели? — спросил сердито. — Своих не узнаете?

— Проверить надо, — твердо сказал Юлий. — Руки вверх!

Снизу из подъезда послышались выкрики, топот ног.

— Сюда! Скорей! — Ребята узнали голос Жени. — Тут они.

Незнакомец начал медленно поднимать руки, но вдруг стукнул локтем Юлия — тот упал — и кинулся на Федю, пытаясь прорваться в квартиру. В руке у него блеснул пистолет.

— Держи его! — истошно заорал Федя и замахнулся щипцами.

Незнакомец вскинул пистолет, но Лева тут же бросился на него, вцепился в руку. Прозвучал выстрел. Пуля, звякнув, ударилась в стену. В лестничный пролет посыпалась штукатурка. Теперь уже и Соня, и быстро вскочивший на ноги Юлий бросились в схватку. Ребята буквально повисли на незнакомце, обхватили его, не позволяя вырваться.

В этот момент на площадку, тяжело дыша, вбежали несколько военных моряков с винтовками наперевес. Следом, прихрамывая, торопился капитан Данилов.