— Тогда это по-прежнему зоопарк, — проворчал Томас.

Телеведущая подняла указательный палец.

— Само собой, вам запрещено выходить и как бы то ни было общаться с внешним миром в течение недели съемок. Так что используйте то время, которое вам осталось до приезда, чтобы позвонить своим близким. Скоро вам принесут ужин — подкрепитесь, вам предстоит утомительная ночь. Итак, желаю всем удачи, отдыхайте!

Хейзел Кейн слегка подмигнула им на прощание, и экран погас.

— Ну и счастье вам привалило! — улыбнулся Фрэнки.

Он чуть сбросил скорость и свернул на другую улицу. Томас узнал здание Музея современного искусства с его побеленными известкой стенами, в «индейском» стиле. Затем автобус буквально поскакал по лестнице через улицы Даунтауна.

Томас взял выданную ему ассистенткой Шерил колоду карт и распечатал ее. В ней оказалось двенадцать игральных карт. Он вытащил их. На рубашках карт он увидел уже знакомый рисунок: древнеегипетское изображение глаза, окаймленного черными линиями сверху и снизу, — именно таков был логотип реалити-шоу «Око Каина». Затем перевернул карты лицевой стороной. На каждой из них была фотография одного из участников с указанием имени, возраста и профессии.

Он рассмотрел первую попавшуюся карту. В уголке были указаны масть и достоинство — туз червей. Лицо на фотографии было детским, подпись гласила:

Томас уже собирался подробнее рассмотреть остальные карты, как вдруг его внимание привлек обрывок разговора:

— …можешь мне поверить, что этот телеканал постоянно подвергается угрозам террористов, — негромко произнес мужской голос. — «Хоумланд секьюрити» [6] день и ночь стоит на ушах. Еще говорят о постоянных хакерских атаках через Интернет… Отсюда и все эти предосторожности — тайный отъезд, кружение по городу…

Молодой человек, произносивший эти слова, выглядел как типичный яппи: круглые очки в металлической оправе, белый воротничок, подстриженные по моде 70-х каштановые волосы. Однако на его галстуке виднелась ярко-желтая физиономия Гомера Симпсона [7] , что представляло любопытный контраст с деловым костюмом-тройкой. Томас отыскал его карту среди остальных и прочитал на ней следующие сведения:

— Что-то ты гонишь, — недовольно сказал Квадратная Челюсть, сидевший в соседнем кресле.

Каминский нахмурился.

— Слушай, Сеть — это моя работа! Двадцать тысяч, которые мне заплатил «Око Каина», я уже вложил в собственное дело. Торговля через Интернет — это, знаешь ли…

— Не врешь? — фыркнул собеседник. — Стало быть, я сижу рядом с компьютерным гением?

Каминский слегка расслабился, утратив часть своей напыщенности.

— На самом деле я уже имел дело с этими людьми. Сетевыми взломщиками, я имею в виду. Они проникают на чужие сайты, распространяют свои слухи в новостях. Наверно, возникли и какие-то более серьезные угрозы, отсюда такие меры безопасности…

— Этот старый автобус и пустые лимузины ты называешь «мерами безопасности»? Да ну, не пудри мне мозги! Это штучки самого «Ока Каина». Хотят посмотреть, как мы отреагируем.

Томас нашел в колоде карту второго собеседника и прочитал:

Фотография слегка напоминала рекламную.

— Эй! — жизнерадостно окликнул всех Фрэнки с водительского сиденья. — У меня для вас тут есть кое-что вкусненькое! Кто-нибудь проголодался? — Он приоткрыл один из бумажных пакетов и с наслаждением вдохнул аромат содержимого. — Кофе и сладости. Кому?

— Всем! — воскликнуло миниатюрное экзотическое создание, вырывая из его рук пакет. — Я раздам. А ты лучше смотри на дорогу!

Что до этой девушки, Томасу даже не понадобилась карта, чтобы ее узнать, — это была Перл Чан, азиатская секс-бомба. Ее огромные фотографии висели по всему городу. Даже не было смысла спрашивать, зачем ее пригласили в шоу. Если бы Перл Чан в рекламном ролике жевала автомобильную резину, половина мужчин страны тут же помчались бы в автомагазины за новыми шинами.

Пирожные и термосы с кофе быстро разошлись среди участников. Все принялись увлеченно жевать, а Перл села в кресло рядом с шофером, держа в руке пластиковый стаканчик.

Томас снова принялся изучать седоголового человека. Из всех участников именно этот, пожалуй, в большей степени вызывал его любопытство. Тот маленькими глотками пил кофе, время от времени промакивая губы шелковым платочком.

Странный тип. Как будто сошел с какой-нибудь картины девятнадцатого века.

Внезапно человек раскашлялся — с такой силой, что русоволосая женщина, сидевшая рядом с ним, приподнялась и постучала его по спине. Только тогда старик откашлялся и выплюнул что-то в платок.