Виктор вытащил деньги, посчитал. Протянул все мужику.

— Что, правда, последние отдаем? — засомневался Сергей. — Может, не надо тогда?

— А хрен ли, дома есть у меня бабки, а до дома два шага. Дай, отец, бутылку поглядеть. Все ж странный ты какой-то.

— А вы ее раскрутите, посмотрите — есть ли пузырьки.

— Раскрутили, посмотрели. И даже зачем-то потерли дно об ладонь. Остался черный след. Купили. Хотели было идти дальше, но странный продавец дешевого «Абсолюта» вдруг сказал:

— Послушайте меня пожалуйста, господа, внимательно теперь. И запомните. Прошу вас убедительно — там, где вы будете, обязательно возьмите годовую подшивку биржевых котировок. Ну, что вы так смотрите? Я сказал что-то непонятное? Вы же, молодой человек, в Плехановском учились! Не приходилось никогда, случайно, слышать такие слова — биржа, акции, котировки?

— А откуда… — открыл рот Виктор…

— Да видел я вас. Я там преподавал одно время.

— А где это «там» мы будем-то? — спросил Сергей.

— А я почем знаю! — удивился мужик. — Куда вас спьяну занесет, оно и Богу не ведомо! Но мне не важно, на любом языке, из любой страны, лишь бы годовая подшивка котировок. Не пожалеете, ребята, деньгами обеспечу выше крыши, реально! Этим «Абсолютом» — ноги мыть будете! Ладно, пойду, ждет меня девочка. И вам пора. Увидимся завтра.

И ушел странный мужик.

— Чокнутый какой-то!

— Нажрался. Или марочку съел. Но меня-то в лицо вспомнил! А я его не помню.

— Как бы не отрава какая в бутылке была!

— Да не! Не тот случай, тут я верю.

— Открывай тогда!

Глотнули. Хорошо! Последние сомнения пропали — точно такого же вкуса жидкость была у Маши.

Спешить было некуда. И холодно не было. Решили где-нибудь посидеть, завернули во дворик. Присели на песочницу. Закурили. Протрезвевшего было на ночном зимнем воздухе Серегу снова повело, и вот он уже грузит Витьку по полной программе: про свою любовь к Маше, про не сложившуюся жизнь.

Подъехала ментовская машина. Молодой сержант подошел к приятелям.

— Распиваем в общественном месте?

— Помилуй, братан, какое общественное место?! Час ночи! Ну присели выпить по глоточку, ну нет же никого!

— Беседуем, значит, в беседке? Проедемте в отделение, молодые люди.

— Да мы домой идем, выпили-то всего по сто грамм.

— Сто грамм не стоп-кран. Дернешь не остановишься.

— Ну извините нас, войдите в положение. Понимаете, с другом год не виделись. У меня любовь несчастная! Жизнь кончена, можно сказать! Другу рассказать хотел. Ну как без водки!

— Давно ли ваш друг из-под следствия?

— Откуда вы…

— Лицо знакомое. Проедемте.

Повязали друзей. Сели в машину, поехали. А что было делать? Денег — ни рубля, не откупишься! Сергея с Виктором поместили сзади, сержант сел рядом с водителем.

— Ну, водочкой-то угостите, ребята? — обернулся к ним мент. — Замерз я. Дежурство сегодня тяжелое. Давайте, давайте водку, следствие вам это зачтет!

Взял у Сереги бутылку, достал из бардачка три стакана. Разлил по полстакана — два дал приятелям. Подмигнул водителю:

— Тебе, Михалыч, извини, не наливаю. Потерпи маленько! Ну, понеслась!

Выпили.

— Да не ссыте, мужики, ничего вам не будет. Если документики в порядке — протокольчик составим и пиздуйте себе по домам, ебись оно все конем! По месту службы сообщать не будем, следствие учтет смягчающие обстоятельства, — задушевно базарил товарищ сержант, отхлебывая уже прямо из горлышка. — А протокольчик, ничего не поделаешь, нужен нам. Для отчетности. План у нас, ебись оно конем. А хули вы думали? Че ж мы с Михалычем, от нехуя делать тут ночью разъезжаем, да хороших людей за решетку отвозим? А, Михалыч, бля? Тебе как, не хуя делать?

Немного помолчав, водитель Михалыч ответил:

— Водку неправильную пьете. Исчезну я скоро.

— Во, глядите, мужики, как Михалыч на службе себя ни хуя не бережет! Пиздец, хуйню понес! Исчезнет он! Михалыч, ты только не исчезай, пока до отделения не доедем! А то мне за руль нельзя, я водку пил, — веселился мент, не забывая прикладываться к горлышку.

— А если не в порядке у вас документики, мужики, тоже хуйня — посидите до утра, утречком в паспортный стол позвоним, удостоверимся, что проживаете, на хуй, по названным адресам, и по домам, и ебись оно все конем! Брось там где-нибудь сзади, — мент передал Сергею пустую бутылку.