Улукбек с надеждой в глазах взглянул на дархана.

— Вы уж постарайтесь.

Дня через два, когда список был готов, хан вызвал к себе суйбаши Шахруха. Рукой приказал тому сесть. Младший брат выполнил его просьбу. Казалось, он уже догадывался, для чего его вызвал правитель. Между тем хан протянул ему одну из пиал, что стояли на небольшом столике и произнес:

— Я вызвал тебя, суйбаши… — начал он, но Шахрух перебил:

— Я знаю, хан, для чего ты меня вызвал. Духи тоже приходили ко мне во сне, — он коснулся амулета, который висел на его груди давая понять, что когда-то тоже прошел обряд посвящения, — нам в скорости пора в дорогу.

Великий хан кивнул.

— Я уже набросал список тех, кто проследует со мной в другой мир.

Он повернулся и стал искать в небольшом сундучке, что стоял сейчас справа от него бумагу. Наконец нашел и протянул брату. Тот взял ее, пробежался глазами и присвистнул.

— Ого. Всего несколько воинов, я да ты. Остальные наложницы.

— Я вот долго думал и понял, — пробормотал хан, — что воины понадобятся моему последователю. Оттого и взял только тех, кто по возрасту нам с тобой ровесники. В бою они себя уже проявили, и вряд ли смогут что-то еще сделать. Тебя включил, так как на это была воля предков…

— Я знаю.

— … наложниц, потому что не хочу оставлять их еще кому-то. А хатун, останется наблюдать, чтобы Уорнур, Мэнэр и Улзий не поубивали друг друга, а еще чего хуже не пошли наперекор духам, и не уничтожили мальчишку.

Суйбаши понимающе кивнул. Он, не опасаясь, мог произнести имя хатун вслух. Шахрух даже завидовал ей. Суйбаши, несмотря на свой возраст, считал, что еще способен принести пользу будущему хану, но духи предков думали иначе. Он с удовольствием скакал бы сейчас в седле по степи, вдыхал бы воздух планеты, а может и уединился с какой-нибудь красоткой в юрте.

— Небеса свидетели, сам бы тебя не взял, — проговорил хан, — но это воля предков, Шахрух.

— То-то и оно, — согласился с ним военный министр. — Я постараюсь прожить оставшийся мне срок жизни так, чтобы он запомнился навсегда.

Хан поднес к губам пиалу с кумысом, сделал глоток, и сменил тему разговора:

— Что скажешь на счет оружия, что создали ремесленники? — полюбопытствовал он.

— Будь в наше время такое…

— Знаю и поэтому думаю, что хорошо, что его у нас не было. Глядя на него, мне становится страшно. А если они друг против друга начнут его использовать?

Кто — они, суйбаши догадался. Так хан мог выразиться только про сыновей.

— А ты знаешь, что они отряд отправили за Кайратом и дервишем? — спросил Шахрух.

— Это еще зачем?

— Так кому охота власть отдавать.

— И ты ничего не сделал? — удивился хан.

— Нет. Велел проследить и не вмешиваться.

— А если бы…

— Если предки считают, что Едугей тот человек, который объединит кочевников, то они сделали бы все, чтобы Кайрат добрался с отрядом до него целым и невредимым.

— Я так понимаю, ты в курсе, брат, чем все закончилось.

— Конечно, — усмехнулся суйбаши, — иначе не выделил бы ягычи лучшую свою сотню.

Хан расхохотался.

— Ну, ты и хитер, Шахрух! — Воскликнул он.

— А по-другому нельзя. Иначе ты бы, хан, давно на троне не удержался. Тут глаз да глаз нужен.

Улукбек понимал, что его спокойное правление, без заботливой руки брата не обошлось. Вот только Шахрух не смог бы все равно уследить за братьями. Вполне возможно именно он не допускал, чтобы оружие более грозное, чем карахома и караджаду, попали тем в руки. И вот сейчас, из-за прихоти предков, хан был вынужден оставить свою империю без присмотра. А ведь Шахрух своим делом, не жалуясь на старость, мог еще лет десять-пятнадцать заниматься. Кто же знал, что духи затребуют его к себе? Может быть, тогда он нашел более подходящую на свое место кандидатуру. Вот только сейчас было поздно, что-то делать.

— Сколько у нас с тобой времени? — Полюбопытствовал суйбаши.

— Если бы я знал. Но боюсь, что меньше года, Шахрух. Меньше года.

***

Вот уже третий день отряд нукеров, усиленный сотней из племени меркаитов, передвигался по лесистой местности. Кайрат и Ширэ Джиладкан мечтали пересечь ее как можно быстрее, но по-иному не получалось. Двигались в таком порядке: впереди с десяток меркаитов, вооруженных современным оружием, столько же позади. Большая часть нукеров, как и воины приграничного племени, на чокчоках. В центре отряда в окружении Кайрата, дервиша и буюруков: Акуда и Бат-Эрдэнэ — Едугей. Для пущей надежности, по приказу ягычи, вооруженный карахомом, подаренным тысячником Мунхом.

Маршрут пролегает по широкой просеке, неизвестно кем и когда здесь проложенной. Буюрук Бат-Эрдэнэ утверждал, что существовала она в этих лесах с незапамятных лет. Это же подтверждал и Ширэ Джиладкан, ссылаясь на слова своего предшественника. По сторонам просеки деревья, верхушками устремлявшиеся чуть ли не под самые небеса. Огромные ветки с пурпурной листвой казалось, переплетались между собой, образуя некое подобие арки. Несмотря на середину дня, здесь стоял полумрак, отчего в один прекрасный момент Чойжи не выдержал и выдал: