Какое-то время всё было в порядке. Вернулось в норму… и вдруг снова стало разворачиваться. Точно, как в последний раз. Разделывать человеческое существо на куски мяса… еще одна спираль во тьму.

Он крепко сжал сумку для инструментов. Сумка была намного тяжелее, чем казалось с виду. В сумке лежали ножи и пилы. Остро заточенные… обманчиво чистые… обагренные кровью.

Вайзмен немного помедлил, оглядывая площадку перед домом, чтобы убедиться, что никто за ним не подсматривает, затем открыл дверь и вошел.

Пришло время снова поквитаться с жизнью.

Дождь стал потише где-то после Ньюмачера, а к тому моменту, когда Алек припарковал машину у отеля «Редграф», совсем прекратился. Вид со стоянки идеально подходил для Хеллоуина. Горбатая луна испускала восковой свет, тени между машинами казались масляными. Логан почти ждал появления ведьмы на метле на фоне изрытого оспинами диска, на минуту забыв, что его своенравная мамаша находится во многих милях отсюда.

В баре оказалось полно народу: жизнерадостные субботние посиделки под винтажную музыку «Роллинг Стоунз». Логан протиснулся к бару и помахал долговязому седому мужчине, чья улыбка производила такое впечатление, будто он проглотил вешалку поперек. Сержант тоже выдавил улыбку:

— Ты не видел здесь… — было как-то странно называть инспектора по имени, — Дэвида Инша? Ростом примерно шесть футов три дюйма, крупный, лысый…

Бармен кивнул:

— Да, он был, но вышел сейчас. Может, хотите что-нибудь поесть, джентльмены? Или на сегодня только выпивка?

Логан вспомнил о полуфабрикатах в своем морозильнике и попросил меню.

Когда появился Инш, завернутый в огромное пальто на подстежке, они уже сделали заказ.

— Мимо? — спросил инспектора бармен.

Инш расстегнул пальто:

— Ничего. Ни света, ни машины у дома. — Заметив Логана и Алека, он скривился: — Вы опоздали.

Логану ужасно хотелось сказать этому ворчливому уроду, что ему бы радоваться, что они с Алеком вообще пришли. Одному съездил по морде, другого посадил в писсуар — вряд ли после такого можно рассчитывать на хорошее отношение.

Инш пристроился на стуле — его массивные бедра заняли все сиденье — и сделал большой глоток «Гиннеса».

— Ну, — сказал бармен, заполняя пивом кружки на подносе официантки, — допустим, он мог забыть. Сами знаете, какой он в последнее время. Внук где-то в Канаде, верно?

Инш что-то проворчал и залпом допил свой «Гиннес», затем показал бармену на пустой бокал:

— Повтори, Стюарт. — Тяжелый взгляд просверлил Логана и Алека. — И дай им, чего попросят. — Вероятно, это надо было расценивать как извинение.

Они втроем сели за столик около большого окна в эркере. Алек огорченно заскрипел стулом:

— Поверить невозможно, Брукс не пришел! А ведь как было бы здорово…

Появилась официантка с салфетками и приборами. Инш дождался, пока она не уйдет, и спросил:

— Кого они поставили старшим в…

— Инспектора Стил. — Логан отпил глоток пива. — До вашего возвращения.

— Замечательно!Значит, когда объявится Вайзмен, все лавры достанутся ей.

— Может, Вайзмен затаится, дождется вашего возвращения на службу? Непохоже ведь, что он куда-то спешит, так?

— Да, и тем временем прикончит еще парочку, чтобы ждать было веселее. Вот будет мило, да?

Логан покраснел:

— Я просто так сказал.

Алек достал из сумки совершенно новую камеру:

— То, что Брукс не пришел, не значит, что мы должны терять вечер впустую. — Вслед за камерой из сумки появились два микрофона-прищепки; один он дал Логану, а второй Иншу. — Здесь не слишком шумно, так что вы можете рассказать, как развивается дело. — Алек включил камеру, повозился с настройкой и направил ее на полицейских: — Мотор!

Последовало неловкое молчание.

— Слово «мотор» означает, что вы должны что-то говорить. Начинайте.

Логан застонал:

— Отвяжись, Алек, а?

Оператор усмехнулся:

— После всего этого дерьма в сортире вы оба у меня в долгу.

— Это было не дерьмо, — поправил Инш, — это были ссаки. — Затем он откашлялся и спросил у Логана, что происходит по адресу, который дал Робертсон.

— Ничего.

Алек жестами попросил подробностей и не успокоился, пока Логан снова не заговорил:

— Здание полуразрушено. В семидесятых годах там, похоже, был приют для бездомных или что-то вроде этого, но потом разразился скандал… Слушай, обо всем этом много говорили.