— Я есть хочу! — заявил вернувший обычное состояние души Макела Вантазий.

— В общем, можешь уже сочинять речь, — кузнец проигнорировал намеки товарища.

— Я УЖАСНО хочу есть! — голос ученого стал звучать сварливей и капризней.

— Ага, сейчас, — блондинка, так и не дождавшись приглашения, печально поднялась с земли и побрела за котелком и продуктами.

— А ты себе платье пока придумывай, — крикнула ей вслед черноволосая волшебница, приводя волосы супруга в первоначальное состояние. — Боюсь, тебе придется быть единственной подружкой невесты, других у меня просто нет.

— Ладно, — счастливо кивнула девушка, берясь за процесс готовки с большим энтузиазмом.

Воспоминания о трупе отошли на задний план, поэтому вопрос «обедать или не обедать?» даже не возникал.

— Тебя всего ленточками обвяжем и бантиками, — продолжала планировать грядущее когда-нибудь событие Эрлада. Шун с сомнением на нее покосился, но говорить, что он думал об этой затее, всё же не стал из соображений собственной безопасности. — А вас… Нет, вас там не будет.

Гений науки обиженно засопел и отвернулся.

Путники еще какое-то время помусолили эту тему. После обеда они поехали дальше. Согласно карте, река скоро должна была вильнуть вправо, лишая их своей компании, и это сильно удручало. Зато они перейдут на следующую страницу атласа, и можно будет проверить слова Вантазия о местонахождения кахолитета старым проверенным способом. Верному стеклянному шарику гендевец доверял больше, чем трехтысячелетнему ученому.

— А у нас скоро будет привел? — зевнул Шун, потягиваясь.

— Устал никак? — фыркнул Ральдерик. — Ты ж дрыхнешь чуть ли не сутками.

— Вот именно! — решительно захлопнул пасть кот. — Я бегать хочу! Хищник я или кто?

— Воротник ты меховой, а не хищник.

— Но-но! — возмутился зверь. — Может быть, в душе я тигр! Только маленький.

— Крошечный.

— Когда я вижу дичь, в моей крови начинают кричать поколения и поколения моих предков! — животное серьезно покачало головой, вперяя взгляд в пространство. — Дикие древние кошки — ужас пещерных людей. Гигантские, зубастые и беспощадные! Их еще более ранние предшественники с торчащими изо рта клыками и когтями, легко раздирающими бычьи туши. А также их бесчисленные потомки! Все они воют и рычат во мне и…

— Призывают тебя ловить бабочек?

— Вообще-то, — тряхнул головой Шун, возвращаясь из мечтаний к реальности. — Разрывать лошадей на части и тащить их на дерево или в пещеру, где никто не сможет мне помешать их есть, но я трезво оцениваю свои возможности. Что?

Герань остановился, повернул голову назад и многозначительно посмотрел на своего пассажира.

— А я-то что?! — принялся оправдываться тот. — Это всё зов предков! И вообще, я тебя хоть раз когтем тронул?!

— О-о-о… — ученому без книги было тоскливо, так что он пустился в философствования. — Каждое живое существо состоит из всех тех, кто жил до него. В нем часть его отца и матери, дедушек и бабушек, прадедушек и так далее до самого конца. Человек по сути своей тоже — сотни и тысячи спрессованных жизней своих предков. Он точно так же продолжит жить в своих потомках. Он будет течь в их крови рядом с теми, кто совсем недавно тек в его… И этот бесконечный процесс…

— Дайте ему уже что-нибудь почитать! — взмолился Гудрон. — Пусть атлас хотя бы смотрит!

Старик обиженно замолчал, раздосадованный, что ему не дали закончить мудрую мысль.

Вечерело. Путники дошли до того места, где их пути с речкой расходились. Хотя было еще достаточно рано, товарищи решили остановиться здесь на ночь: не известно, попались бы им такие удобные водоемы дальше по пути, а тут не только ужин с обедом можно было готовить, мыть посуду и стирать, но и купаться в свое удовольствие. На последние два пункта и ушел остаток дня. Проверили по атласу путь — место, где находились товарищи, как раз уже выпадало на нужную страницу. Чуть ли не с боем отобрали у Макелы Вантазия книгу и пустили шарик. Тот остановился точно на Калливарде.

— Значит, точно, — вздохнул Ральдерик, возвращая томик ученому. — Может быть, кто-нибудь что-нибудь всё же может рассказать об этом городе? Не считая того, что уже говорилось.

— Я думала над этим, — Филара поджала ноги и обняла колени. — Пыталась вспомнить.

— И?

— Почти ничего, — виновато вздохнула девушка. — Название знакомое, но что-то конкретное я сообщить не могу.

— Насколько я помню, — снова оказался в лучах славы иролец. — Это был достаточно небольшой, но своеобразный городок. К моменту разрушения он просуществовал недолго, лет двести, вряд ли больше.