Фил стоял в гостиной Паскаля и терзал себя вопросом: что, черт возьми, вообще заставило его пойти в полицейские? Он только что сказал Паскалю, что женщина, которую они спасли, не Клара. Паскаль уставился на Бартона потухшими глазами.

— Не Клара? — повторил он.

— Мы не хотели, чтобы вы услышали об этом по телевизору.

Казалось, Паскаль с трудом держится на ногах.

— Может, вы хотите присесть, сэр?

— Нет.

Он выглядел уничтоженным.

— Это еще не все.

Паскаль дернул головой. Он подумал о самом плохом.

— Нет-нет! — поспешил утешить его Бартон. — Я хотел сказать, мы арестовали похитителя в доме, где нашли мисс Хаттон.

Паскаль непонимающе уставился на него.

— Сэр, вы должны знать… Человек, которого мы арестовали…. Ваша жена защищала его.

— Как его зовут?

— Алекс Мартин.

Хьюго немедленно вспомнил, колени его подломились, и он тяжело опустился на стул.

— Сэр! — Фил попытался привлечь внимание Паскаля к тому, что говорит. — Мы не думаем, что Мартин похитил вашу жену. — Сержанту почудилось, что где-то в запутанном водовороте эмоций на лице Паскаля он увидел проблеск надежды. — Вы меня понимаете?

Паскаль молчал, с напряжением глядя в глаза Бартону, как будто переводил с иностранного языка, а потом нахмурился, когда до него, очевидно, дошел смысл слов.

Он кивнул, и Фил с облегчением вздохнул:

— Хорошо. Помните об этом. В новостях сообщат, что Мартина арестовали по подозрению в причастности к убийству Элинор Гортон.

Паскаль с всхлипом вдохнул воздух.

— Но, как уже я сказал, мы не думаем, что ваша жена — жертва Мартина.

— Вы не думаете, — медленно повторил Паскаль, уставившись на свои руки. — Но вы не уверены?

Боже правый! Этого вопроса сержант боялся больше всего.

— Мы думаем, что она была похищена кем-то еще. По какой-то… другой причине. — Это прозвучало бестактно, и он пожалел об этих словах сразу, как только произнес.

Хьюго вздернул подбородок:

— Вы имеете в виду, сержант, по какой-то другой причине, чем просто желание насиловать и убивать? — Его глаза покраснели, грудь вздымалась. Еще немного, и Паскаль потеряет сознание.

— Сэр, я… — Бартон не мог лгать этому человеку. — Мы делаем все, что можем.

Он подумал о Фрэн. С тех пор как Касаветтес угрожал ему, он звонил ей по нескольку раз в день. Дошло до того, что Фрэн обвинила его, что он на нее давит. Он не мог убедить себя, что она в безопасности, хотя видел ее каждый вечер, спал рядом с ней каждую ночь. Он понимал, насколько хуже сейчас Паскалю.

Пакетик с вещественными доказательствами в пиджаке казался таким тяжелым, что Бартон удивлялся, как не порвался карман. Он уже во второй раз должен был просить Паскаля опознать украшения, которые могли принадлежать его жене, и Фил не был уверен, что тот морально готов к такой процедуре.

— Миссис Маркхэм здесь, мистер Паскаль? — спросил Фил.

— Вы хотите, чтобы я поехал вместе с вами в участок — посмотреть, узнаю ли я его?

— Возможно, позже, сэр. Но на тот случай, если понадобится ее присутствие…

Паскаль побледнел:

— Ради бога, не тяните, что вы хотите сказать?

— Мы обыскали дом Мартина, — с трудом выговорил Бартон. — Я хочу, чтобы вы посмотрели на кольца и сказали мне, узнаете ли вы их.

Он вытащил из кармана пакетик, Паскаль выхватил его и внимательно вгляделся в его содержимое со странным выражением рвения и страха.

Еще миг, и он протянул пакетик Бартону. Хьюго покачал головой:

— Не ее. — Его рот судорожно скривился, и он должен был откашляться, прежде чем смог хриплым голосом повторить: — Не Клары.

Как давно уехал адвокат? Час, два назад? Стены давят на него, камень с силой давит на камень.

Встань. Прогуляйся. Постарайся успокоиться. Ты ведь не хочешь, чтобы он увидел тебя таким? Почему он так долго?

Один, два, два с половиной шага. Поворот. Один, два. Стальная дверь оказывается в половине шага от него, массивная, неподвижная.