— Автомобиль, время от времени парковавшийся у дома Паскалей в течение последних нескольких недель.

— Держу пари, Малыш махнулась бы с тобой на своего извращенца.

Янг вышла, прежде чем он успел снова на нее переключиться.

Лоусон возвратил листок бумаги, который Макатиер передал ему во время оперативки.

— Это задание я хочу взять себе, сэр. — В записке сообщалось, что получено разрешение на свидание с Касаветтесом в тюрьме Брек-Мур.

— Берите, я уже все устроил, — согласился Макатиер. — Я бы и сам хотел взглянуть на Касаветтеса, но у меня эта пресс-конференция и… — Он постучал по груде документов, которые скопились на его столе с предыдущего вечера. — Следственная бригада, работающая над операцией «Снежный человек», подготовила все для визита, но они хотели бы получить запись вашей беседы. Свяжитесь с их руководством.

Лоусон кивнул:

— Отлично. Я возьму с собой Бартона, если удастся перераспределить его задание.

Макатиер вздохнул и снял пиджак. Аккуратно развесил его на деревянных плечиках за дверью, открыл один из ящиков стола и вытащил оттуда вязаный джемпер на пуговицах.

Заметив выражение насмешливого удивления на лице Лоусона, он сказал:

— Батареи ни черта не греют. — И, еще раз вздохнув, опустился в свое потертое кожаное кресло и взял первый листок из лежащей на столе груды.

Лоусон повернулся, чтобы уйти, и тут Макатиер произнес, не поднимая глаз, сухим недвусмысленным тоном:

— Лоусон, прежде чем посылать запись руководству операции «Снежный человек», удостоверьтесь, что копия уже отправлена мне.

Лоусон усмехнулся. Макатиер в своем репертуаре. Да, старшего инспектора было бы глупо недооценивать.

Рейнер, дрожа от холода, включила в машине печку. Выезжая по шоссе Святого Мартина на окраину города, она увидела, что на уэльских холмах лежит снег. И хотя денек выдался ясный, а небо радовало яркой синевой, тучи, громоздившиеся на горизонте, по предсказаниям синоптиков должны были к полудню достичь Честера.

Не надеясь на то, что господин Уоррингтон за ночь изменил свое к ней отношение, она решила испробовать более творческий подход. Бартон выяснил у мистера Паскаля имя секретарши Клары. Рейнер томило сильное подозрение, что этой секретаршей была та самая маленькая женщина, которая, увидев полицейских, несколько мгновений не решалась зайти в холл.

На углу Уотергейт-стрит движение было затруднено из-за дорожных работ, и Рейнер, бормоча проклятия, втиснулась в единственный ряд, чтобы объехать огороженный участок. Часы показывали восемь сорок. Если она сейчас упустит секретаршу, придется звонить по телефону и убеждать ее согласиться на встречу, а Сэл невысоко оценивала свои шансы в свете моратория, наложенного старшим партнером фирмы. Мистер Уоррингтон представлялся ей как человек, который не любит, когда пренебрегают его распоряжениями.

Машины, поворачивавшие направо, еще больше замедляли движение, и к восьми пятидесяти утра Рейнер уже дымилась от раздражения. Она завернула в переулок и помчалась к объезду под яростный многоголосый вой автомобильных сирен.

Воспользоваться удобной автомобильной стоянкой рядом со зданием фирмы Рейнер сегодня не светило: слишком высок был риск, что господин Уоррингтон прослышит о ее посещении. Но поиски свободного места на общественной парковке напротив ипподрома отобрали бы у нее еще несколько драгоценных минут. А, к черту!

После объезда она сразу повернула налево, под большую арку здания коронного суда. Охранник помахал рукой, останавливая ее, но Рейнер с улыбкой показала ему свое удостоверение, ломая голову: что за дело должно сегодня рассматриваться? Она зря волновалась: охранник взмахом руки пропустил ее на полупустую автостоянку, и она, поставив машину на первом свободном месте, устремилась в сторону Иерихонских Палат.

Осторожно, чтобы избежать бдительного ока камер, установленных на фасаде здания, она расположилась на противоположной стороне площади и принялась ждать. Люди начали прибывать на работу; одни подъезжали на машинах к задней части здания, другие прибывали пешком. Рейнер пришла в голову неприятная мысль: что, если Кларина секретарша относится к тем добросовестным служащим, которые приходят на работу раньше всех, а уходят позже? В таком случае она уже приехала и прошла через одну из задних дверей, воспользовавшись своей магнитной картой. А мне что прикажете делать? — в панике думала Рейнер.

И тут она услышала деловитое цоканье каблучков по холодным булыжникам мостовой; из-за угла вывернула маленькая смуглая женщина — голова опущена, кулачок сжимает лацканы пальто в попытке защититься от пронизывающего ветра.

Рейнер сделала шаг вперед, и та вздрогнула, узнав ее. Быстро оглянувшись по сторонам, чтобы убедиться, что их никто не видит, женщина пересекла площадь и приблизилась к Рейнер.

— Мне нельзя говорить с вами, — поспешно сказала она.

— Неста, не так ли? — осведомилась Рейнер. — Простите, не знаю вашей фамилии…