Хатрак лежала с открытыми глазами в полумраке женского дома. Здесь жили женщины, не связавшие себя узами семьи: девочки, воительницы и старухи. Для дочери Ронкара было выделено довольно просторное помещение, которое от жилья остальных отделяла невысокая стена из грубо отесанных камней. Такая комната принадлежала ей по праву, хотя из-за этого остальным пришлось потесниться, и они спали, тесно прижавшись друг к другу. Хатрак ни разу не пришло в голову усомниться в своем праве на привилегии в силу благородного происхождения. Последнее время она часто думала о теладинце, ящере из далекого Планетарного Сообщества. Девочка за свою недолгую жизнь ни разу не покидала Ниф-Наха, она еще не выбиралась даже за пределы своей деревни. Конечно, Хатрак была еще очень молода и понимала это. Хатрак знала также, что у Ронкара были большие планы относительно Гхус-тана, семьи и ее. Но вот появился Нопилей, т'Ноп, как она его называла. Он был совсем другой, не такой, как она представляла себе по рассказам стариков о других народах Сообщества. В т'Нопе было что-то, делающее его похожим на воина, и что-то еще, чуждое и непривычное. А еще его преданность, его искреннее дружелюбие! Нопилею придется умереть на жертвенном камне — здесь не могло быть сомнений, и это было правильно. Хатрак уже заранее радовалась этому событию. Она озабоченно нахмурилась. Только бы т'Ноп сумел принять достойно такую смерть!

Откуда-то издалека донесся долгий, жалобный звук, тихий, но явно зловещий. Приглушенно раздались негромкие замечания на языке сплитов: «Кала тхк, хро Гхок», что означало «Дорогой гхок, бойся рассвета». Партхол т'Фллк, начальник сегодняшней ночной стражи, хрипло засмеялся, и в ответ на торговом языке раздалось «хай». Хатрак вздрогнула. Она свернулась калачиком и натянула на голову меховое покрывало. Что если т'Ноп никогда больше не увидит большую воду? Она уже знала, что вода была стихией его предков. Как же он войдет в вечную ночь, не примирившись со своими предками? И как же тогда он сумеет достойно и мужественно принять смерть так, как ей этого хотелось? Он ведь не сможет этого сделать! Конечно, Цхи это нисколько не волновало. И Ронкару тоже не было до этого никакого дела. Хатрак беспокойно повернулась на другой бок, попыталась закрыть глаза, но сон не шел. Для обитателей Гхус-тана Нопилей был просто-напросто ящером, обыкновенной тварью. Пусть даже для теладинца он был необыкновенно мужественным, но он оставался нарушителем границы и спокойствия, чужеродным элементом. Но для нее, для Хатрак, теладинец стал значить гораздо больше. Это была первая встреча с внешним миром, доказательством того, что этот мир существует! И более того, Нопилей стал ее учителем. За эти несколько возур, сама того не осознавая, из его поведения и высказываний она многое узнала о себе самой, своем народе и других народах. И было еще кое-что…

Он был другом!

Девочка рывком сбросила покрывало и выпрямилась. Теперь она знала, что ей делать. После всего, что сделал для нее т'Ноп, она считала своим долгом подготовить его к неизбежному. Кухам т'Тррх, когда-то первая усмирительница, а теперь мудрая старуха, удивленно посмотрела на девочку, когда та пробиралась мимо ее лежанки.

— Ты куда, Хатрак?

Дочь вождя остановилась, развернувшись на пятках. Она колебалась.

— На свидание с бестиями, Кухам, — сказала она наконец.

Старуха хихикнула:

— Ясно. Только не наделай глупостей, благородная Хатрак, дочь Ронкара и Акхн.

— Постараюсь, — прошептала девочка.

Партхол т'Фллк и другой сплит с любопытством посмотрели на нее, но ничего не сказали. Она демонстративно проигнорировала их взгляды и направилась в сторону выгребной ямы, служившей туалетом, в надежде на то, что в это время там никого не окажется. Обитатели Гхус-тана спали, за исключением часовых, а также тех, кто, как и она, не мог уснуть. Она обошла выгребную яму стороной, избегая светлых мест, и крадучись направилась к хижине, служившей Нопилею тюрьмой. Тень, падающая от частокола, и прижавшиеся к забору строения защищали ее от взглядов стражей, и Хатрак незамеченной добралась до задней стенки хижины, чувствуя, как бешено колотится сердце и пульсирует кровь в жилах. Девочка, не в силах справиться с возбуждением, прильнула к щели между стволами деревьев. Внутри было темно, виднелась только узенькая серебристая полоска, отбрасываемая, вероятно, контейнером.

— Подъем, т'Ноп! — хрипло прошептала девочка. Когда за этим не последовало никакого движения, она воскликнула уже погромче: — Нопилей!

Стражи находились на расстоянии пятидесяти длин от здания на другой стороне и вряд ли могли что-то услышать на таком расстоянии.

— Хат… Хатрак? — прошипел из темноты Нопилей, который, судя по всему, только что проснулся.

— Тихо! — предупредила Хатрак. — Послушай, т'Ноп! Сейчас мы пойдем к озеру, я и ты, без Цхи! Никто об этом не узнает, а через стазуру мы уже вернемся.

Долгое удивленное молчание было ей ответом. Потом послышалось:

— А разве сегодня нет стражи?

— Я открою дверь, когда они будут смотреть в другую сторону. — Девочка порылась в кошельке, чтобы проверить, не забыла ли она ключ. — Ты можешь двигаться тихо, т'Ноп?

— Как только что вылупившийся младенец!

— Хорошо, — прошептала Хатрак, не вполне уверенная в том, что правильно поняла ответ Нопилея: означало ли это согласие или же наоборот. — Тогда жди.

Вжимаясь в стену хижины, Хатрак пробралась вперед и уже могла видеть поляну. До нее долетали неясные разговоры. Собственно говоря, во время несения вахты разговаривать запрещалось! В другой раз она непременно поставила бы в известность первого воина о неподобающем поведении его подчиненных, но сегодня она была даже рада такому нарушению правил. Стараясь не выходить из тени, девочка прошмыгнула за угол. Стражи смотрели в другую сторону, на костер, огонь в котором они уже перестали поддерживать.

Замок весело звякнул, когда она сунула ключ в замочную скважину и осторожно повернула. Хатрак испуганно оглянулась, но стражники как ни в чем не бывало продолжали разговаривать. Она твердо решила, что обязательно расскажет Тро о том, как плохо несут службу его подчиненные. Судя по всему, нерадивые сплиты, считая, что забор их защитит, следили исключительно за тропой, ведущей к деревне. Но ведь были и другие возможности проникнуть в Гхус-тан и покинуть его, даже и без реактивного самолета. Во всяком случае, если ты был ребенком — или теладинцем! Она приоткрыла дверь. Нопилей, который уже ждал изнутри, осторожно выскользнул из дома и застыл на месте, увидев на расстоянии пятидесяти длин сидящих стражников. Хатрак быстро заперла дверь, на этот раз осторожно и бесшумно, и подтолкнула Нопилея за угол, подальше от открытого места. Сделано! Она мысленно ликовала. Теперь еще надо было выйти из деревни, но это уже легче!