А ведь Кук был участником экспедиции Пири в 1891–1892 гг. Молодой Фредерик Кук тогда смотрел на своего начальника как на божество, а Пири после окончания экспедиции писал: «Доктору Куку мы обязаны тем, что среди членов нашей экспедиции почти не было заболеваний. Я не могу не отдать должное его профессиональному умению, неизменному терпению и хладнокровию в критические моменты. Занимаясь этнографией, он собрал огромный материал о практически еще не изученном племени гренландских эскимосов Он всегда был полезным и неутомимым работником».

На стороне Пири стоял Арктический клуб, созданный им самим еще в 1898 г. и носивший его имя. В состав клуба входили состоятельные и весьма влиятельные люди: президент Американского естественноисторического музея, президент крупнейшего банка Америки, железнодорожный магнат, владелец газет и многие другие. В течение десяти лет они субсидировали все экспедиции Роберта Пири. Можно сказать, они сделали ставку на него. Его успех был одновременно их успехом, его лавры отчасти и их лаврами. Но что такое эфемерные лавры! Его успех сулил им вполне реальные дивиденды.

Вполне очевидно, что Арктический клуб безоговорочно встал на сторону Пири, мало того, поставил на сторону Пири и свое влияние, и свои деньги, и бoльшую часть американской прессы.

В 1911 г. после долгих дебатов нижняя палата конгресса США приняла резолюцию, которую вскоре подписал президент. Пири присваивалось звание контр-адмирала и от имени конгресса объявлялась благодарность «за его арктические исследования, завершившиеся достижением Северного полюса». Роберту Пири еще при жизни были оказаны многие почести. Впрочем, исчерпывающих доказательств достижения полюса не смогли представить ни Кук, ни Пири.

Такими доказательствами могли бы стать прежде всего глубины океана, измеренные в районе полюса (их можно было бы проверить впоследствии), либо многократные повторные астрономические определения, проведенные на дрейфующем льду независимо друг от друга несколькими участниками экспедиции и желательно несколькими инструментами.

Однако ни Кук, ни Пири не смогли измерить глубину океана в районе полюса и провести полноценные астрономические определения.

Кука сопровождали два эскимоса, но они, естественно, не умели пользоваться секстантом.

Многие участники экспедиции Пири были достаточно опытными штурманами, но ни один из них не достиг полюса. Точнее, ни одного из них Пири не взял к полюсу.

Капитана Бартлетта, начальника передового отряда, он отослал назад с широты 87°47', когда до полюса оставалось всего 133 мили.

В книге «Северный полюс» Роберт Пири напишет: «Я долго глядел вслед могучей фигуре капитана. Она становилась все меньше и меньше и наконец исчезла за белоснежными сверкающими торосами. Мне было невыразимо грустно, что пришлось расставаться с лучшим товарищем и бесценным спутником, всегда жизнерадостным, спокойным и мудрым, на долю которого выпала самая тяжелая работа по проложению пути для наших партий» [205] .

Один из историков-географов, цитируя эти слова, заметил совершенно справедливо: «Можно лишь удивляться лицемерию Пири».

И действительно, Пири всегда стремился, чтобы ни один «белый» не мог претендовать на его славу. На пути к полюсу его сопровождали четыре эскимоса и слуга-телохранитель мулат Мэтт Хенсон.

Позднее на заседании комиссии конгресса он заявит совершенно откровенно: «Полюс — цель всей моей жизни. И поэтому я не считал, что достижение этой цели я должен делить с человеком, может быть, способным и достойным, но еще молодым и посвятившим этому всего несколько лет жизни. Честно говоря, мне кажется, он не имеет тех же прав, что я».

Записи Роберта Пири вызывали и вызывают множество вопросов. Во-первых, было установлено, что «полюсные» фотографии, представленные Пири как доказательство его победы, сделаны не на полюсе. Во-вторых, не может не вызвать удивление скорость его передвижения по дрейфующим льдам.

Роберт Пири в 1906 г. смог достичь скорости 25,9 километра в сутки, Фредерик Кук на своем пути к полюсу проходил в среднем за сутки 27,6 километра, а капитан Бартлетт, налегке возвращаясь к мысу Колумбия, — 28,9 километра.

Несложный расчет показывает — чтобы успеть за восемнадцать дней достичь полюса и вернуться к мысу Колумбия, Пири после расставания со вспомогательным отрядом должен был проходить в 1909 г. по 50 (!) километров в сутки. Такая скорость кажется совершенно невероятной.

Сам Пири объяснял свою феноменальную скорость тем, что на обратном пути его отряд шел по тому же самому следу, по которому двигался к полюсу. Однако подобное «объяснение» сразу же вызывает новые вопросы.

В наши дни американец Теон Райт провел обстоятельный анализ документов и материалов, относящихся к истории спора между Пири и Куком. Его книга «Большой гвоздь» издана и в нашей стране. Теона Райта не могли не смутить несообразности в описаниях Пири, и он, изучив все и вся, приходит к заключению: «Все вместе показывает, что возможен только один вывод: Пири не был на полюсе, а его сообщения о последнем походе — сплошная мистификация».