Почему Смоук еще не зажал себе рот и нос тем, что осталось от маски? Плотный смрад химикалий, парфюма, рыбы, кошек — обязан был свести с ума Посвященного Воздуха?

Или наоборот — Стихия предохранит от злых испарений?

Последнее оказалось верно.

"Тойота" Рокси описала замысловатый винт, свернув под углом тридцать градусов. Навстречу неслись сонмы железных тварей, однако девушка успевала еще и болтать.

(кто из нас сверхчеловек, — крупинки самоиронии).

— Приехали! — объявила она, почти впечатавшись в подъезд гигантского дома. Небоскреб, всплыл термин, столь подходящий: сооружение подпирало густо-черные, беззвездные небеса, словно Атлант. — Здесь я живу!

Смоук и Саб-Зиро последовали за ней. Саб-Зиро выпрыгнул из "тойоты", словно та была игольницей.

— Нам на семидесятый этаж, — сообщила Рокси. — Смоук, но ты не волнуйся: пешком ползти не придется. Правда, твой приятель будет не в восторге, — девушка уже подметила, что техника и Саб-Зиро контачили весьма со скрипом.

— Я пешком, — с несколько деланным, вопреки обычному, равнодушием заявил Саб-Зиро. Семидесятый этаж — какая ерунда по сравнению с грузовым лифтом, чьи алчные челюсти щелкали, будто мышеловка. Поймал насмешку Смоука. "Ледышка, ты просто параноик насчет современной науки. Не волнуйся, лифт тебя в киборга не трансформирует!"

Рокси захихикала.

Любой другой бы взбесился, но взбесить Саб-Зиро — малореальная миссия. Он, пожав плечами, шагнул за другом и благодетельницей в громыхающий агрегат.

Квартира Рокси вполне соответствовала ее имиджу. Пустая и переполненная одновременно, с нелепой статуей овчарки посреди коридора, с подвешенным к потолку "домашним кинотеатром", компьютером, из которого доносился писк-извещение о почте. Стены, опять-таки пурпурные и оранжевые, завешаны и заляпаны фантастическими картинами.

— Я художница, — не без гордости пояснила она. — Комиксист. Мангу рисую.

Саб-Зиро краем глаза глянул "комиксы", и вывел, что в современном искусстве он не разбирается. У изображенных Рокси персонажей ноги и глаза превышали человеческий лимит раза в два, зато носов и ртов и не наблюдалось.

— Замечательно рисуешь, — вполне искренне похвалил Смоук.

— Спасибо, — наверное, Рокси покраснела, но из-за толстого слоя пудры диагностировать затруднительно. — Вот это моя новая манга… ой, я дура… тебе ж надо ногу забинтовать! Ложись немедленно!

Кровати у Рокси не намечалось вовсе, ее заменял здоровенный тюфяк, небрежно валяющийся поперек одной из комнат. На него и плюхнулся Смоук.

— Йод, бинты и все прочее — в аптечке, — скомандовала Рокси Саб-Зиро. — Аптечка за собакой, там будет ящик, его отодвинь, потом в дырку в стене руку сунешь. В ней три коробки. Где написано "Соль" — тащи сюда.

Саб-Зиро отправился за аптечкой, полагая, что иные задания Лин-Куэй оказывались попроще. Координаты задавались четче.

Овчарка едва не рухнула Саб-Зиро на лоб. Выяснилось, что дырка не за ящиком, а справа от него. На всех четырех коробках аккуратно значилось "Соль".

Саб-Зиро невозмутимо проверил их. На четвертый раз повезло.

— Ты что, на луну летал? — проворчала Рокси, заполучив искомое.

— Новичку трудно ориентироваться в твоем доме.

…Через час, после отбраковки флакона засохшего йода, сражения с бинтами, сопровождаемого ехидными комментариями Смоука, Рокси и Саб-Зиро удалось наложить повязку (последний подозревал, что без помощи "медсестры" справился бы втрое быстрее).

Рокси объявила: идет готовить ужин, и удалилась на кухню.

— Она — прелесть, — охарактеризовал новую знакомую Смоук. Серебряные глаза сияли начищенными монетками. — Уже ради нее стоило смыться из Лин-Куэй!

— О да, — Саб-Зиро коснулся пальцами стекла. Оно угрожающе заскрипело, воин Холода поспешно отдернул руку. — Но она столь же… алогична, как ее мир.

— Это Америка. Я был здесь пару лет назад, и они все такие. Тебя не направляли сюда, боясь, что ты отыщешь мать и…

Смоук осекся. Ему патологически не везло. Каноны такта летят в тартарары. Разумеется, Ледышка виду не подаст, что задет — на то он и Ледышка…

Однако реакция последовала. Неожиданная:

— Мне не нравится Америка, Смоук, — странно — тихо проговорил Саб-Зиро. — Я настолько чужак тут… Если я останусь жив после Смертельной Битвы, и Лин-Куэй не элиминирует меня… я бы поселился в…

— Антарктиде, — невинно закончил Смоук.

— Канаде, — поправил Саб-Зиро. — В Скалистых Горах.

Он присел на угол тюфяка рядом с другом. Он смотрел в окно, не видя звезд.

Он с детства любил звезды — ледяной огонь, радостные светлячки ночи. Но Сан-Франциско пожрал их искусственными вспышками-рекламой.