— И тем не менее мы здесь, — сказала она, угадав его мысли, — видение совпало с реальностью.

Хранитель молча кивнул.

Она повернулась и что-то передала Оррису. Когда она замолчала, маг повернулся к Гвилиму, серьезно и задумчиво посмотрев на него. Чародей тоже хорошо понимал власть видений. Он тихо обратился к Мелиор.

— Он говорит, можно вернуться во дворец, если хочешь. Он не против, — перевела она. — Я тоже.

— Нет, — ответил Гвилим, вздыхая. — Вы же оба понимаете, это не поможет. Судьбы, предначертанной богами, не избежишь, можно лишь отсрочить неизбежное. Гилдрины знают, что от Дара не спрячешься и от того, что пророчат видения, тоже.

Мелиор все перевела Оррису, тот грустно улыбнулся и что-то сказал в ответ.

— Он говорит, что быть магом и быть гилдрином почти одно и то же. — Посмотрев на Ивона, терпеливо ждавшего, когда они закончат разговор, она обратилась к нему: — У нас есть основания думать, что здесь находиться опасно. Поэтому просим тебя и твоих людей быть предельно внимательными ко всему необычному.

— Конечно, госпожа — слегка кивнув, ответил Ивон.— Не хотите ли вернуться в покои Правительницы?

— Нет.

— Слушаюсь. — Ивон обменялся несколькими фразами с начальником отряда Безопасности, который передал указания своим подчиненным. Тут же шестеро здоровяков перестроились, кольцом окружив гостей Шивонн.

Ивон, держа наготове лучемет, по-прежнему шагал рядом с Мелиор, рассказывая историю Озерного квартала, который, как оказалось, был самой древней частью Наля, построенной даже раньше старейших квадов. Озеро было создано по повелению самой Правительницы Уэреллы и называлось Озером Матрон. Основательница Уэрелла-Наля выросла неподалеку от Бухты Бурь и в последние годы жизни мучилась, разрываясь между желанием провести остаток дней при шуме и запахе воды и убеждением, что Правитель должен жить среди своего народа.

Гвилим пытался прислушиваться к рассказу телохранителя, но, когда тот перешел от Правительницы Уэреллы к ее преемницам, потерял нить. Несмотря на то что охранники тесно сомкнулись вокруг них, несмотря на уверенность, что Мелиор и Оррис смогут его защитить, Хранитель чувствовал себя беззащитным. Но зато первоначальный страх испарился, сменившись чувством настороженного мрачного ожидания. От назначенного судьбой не уйдешь. Нечтопроизойдет, и что толку пытаться предотвратить неизбежное. Лучше уж быть настороже и постараться не дать застать себя врасплох.

И поэтому он, как ни странно, был готов, когда, откуда ни возьмись, возник красный огненный луч и поразил начальника отряда прямо в грудь. Тот упал на спину — на малиновом мундире все еще дымилась обугленная кровавая дыра. Спустя миг множество красных струй хлестали воздух вокруг них, и пахло жареным мясом. Еще один охранник с горящим кольцом вокруг раны упал к ногам Гвилима Шальными выстрелами задело нескольких прохожих, и весь Озерный Квартал обуяла паника: люди с воплями и визгом разбегались в стороны.

Ивон криком приказал четырем оставшимся охранникам открыть ответный огонь, но никто из них не понял, откуда стреляли нападавшие. Хотя даже если бы и поняли, сейчас их в первую очередь заботило, как бы поскорее спрятаться за деревьями и припаркованными вдоль тротуаров мобилями. Мелиор с Оррисом тоже нырнули под защиту длинного черного мобиля. Гвилим кинулся к ним, и они втроем осторожно высунули головы, пытаясь разглядеть, кто на них напал.

Ивон снова закричал на подчиненных, но с новой серией выстрелов внезапно упал, как подкошенный. Гвилим не видел, что с ним, но решил, — парень мертв.

— Вылезайте! — заорала Мелиор охранникам. — Вызывайте огонь на себя, если нужно! Мы должны видеть, где они прячутся!

Никто из мужчин не шелохнулся. Они лишь переглянулись, словно прикидывая, стоит ли вообще слушать эту женщину.

— Быстро!— взорвалась Мелиор, направив на них лучемет. — Или я сама вас перестреляю!

Четверо парней, видно, подумали, что она помешалась, и сочли за лучшее подчиниться. Едва они попробовали переместиться, убийцы снова открыли огонь.

— Вон там! — прошипела Мелиор, указывая на два переулка, сходящиеся к невысокому зданию на другом конце улицы. — Они около того голубого дома! — прокричала она, чтобы охранники ее услышали. — В переулках!

Может, стражи Правительницы и не слишком охотно слушали приказы Мелиор, но свое дело знали хорошо. Они открыли огонь по переулкам еще прежде, чем Мелиор успела договорить. Она тоже стала стрелять, а Оррис создал целый каскад янтарных огненных сгустков.

Все они были так поглощены стрельбой, что никто не заметил приближающихся к ним с другой стороны четырех мужчин, пробиравшихся с обнаженными клинками сквозь толпу бегущих. Никто, кроме Гвилима, который громко закричал.