Мелиор за десять лет много слышала о Шивонн, Правительнице Уэрелла-Наля. Говорили, что это женщина железной воли и острейшего ума, умевшая вести бескомпромиссные переговоры, не терпевшая глупости и не щадившая врагов. И вот она сидит перед ними, приземистая полная тетка с доброжелательным круглым лицом, большими карими глазами и очень светлыми, почти белыми, волосами. У нее была довольно привлекательная наружность, и она вполне могла бы оказаться чьей-то доброй, еще нестарой бабушкой. Но уж кого она точно не напоминала — так это главу мощного Наля.

Правительница несколько мгновений внимательно изучала посетителей. Потом взглянула на Наместницу и обратилась к ней низким, чуть скрипучим голосом:

— Ты можешь идти, Вирсия. И прихвати с собой стражу.

— Слушаюсь, Правительница, — поклонившись в пояс, ответила женщина и, сделав знак охранникам, вышла из комнаты.

Заключенные остались с Шивонн наедине. Некоторое время все молчали. Шивонн сидела в кресле с безмятежным выражением лица, переводя взгляд с одного на другого.

— Скажи ей, кто мы, — не выдержав, громко прошептал Оррис Мелиор. — Скажи, что мы пришли просить помощи.

Шивонн быстро глянула на Орриса, потом выжидательно посмотрела на девушку.

Мелиор неловко кашлянула и неуклюже воспроизвела поклон Вирсии.

— Приветствуем вас, Правительница Спасибо, что удостоили чести, приняв нас. Мой друг хотел…

— Я поняла, что он сказал, — перебила Шивонн.

Мелиор от изумления открыла рот:

— Вы понимаете его язык?

— Да. И говорю на нем. Похоже, ты удивлена?

— Я… да, пожалуй.

— Мой второй муж был торговцем из Аббориджа, — пояснила Правительница, рассеянно водя пухлым пальцем по подлокотнику кресла — Он научил меня Тобинмиру и аббориджийскому языку. Кроме того, — продолжила она, вдруг впившись взглядом в лицо Мелиор, — я Правительница и обязана много знать. Но для брагорийского лорда подобное знание удивительно, ты не находишь, Мелиор? Может, расскажешь, где ты выучила этот язык?

Мелиор хотела ответить, но не смогла вымолвить ни слова. Во рту пересохло, и сердце неистово колотилось в груди. Что она может ей сказать? Поразительно, как быстро Шивонн поставила ее на место, вынудив оправдываться.

Правительница холодно улыбнулась.

— Но это подождет, — сказала она. И, повернувшись к Оррису, обратилась к нему на безупречном Тобинмире: — Какая прекрасная птица. Как ее зовут?

— Благодарю вас, Правительница, — невозмутимо ответил он. Если Оррис и удивился, что Шивонн знает его язык, то и виду не показал. — Ее зовут Анизир.

— А тебя?

— Я — маг Оррис.

Правительница смерила его взглядом, как уличный боец оценивает противника прежде, чем выхватить нож:

— Зачем ты здесь, Оррис?

— Полагаю, вы сами знаете, — с тонкой улыбкой ответил маг.

— Ах да По поручению вашей Премудрой. Значит, вы не поверили, что нам ничего не известно об описанных ею событиях?

— Нет, — без обиняков ответил Оррис. — У тех людей было иноземное оружие. У них были механические птицы, каких не смог бы изготовить ни один ремесленник в Тобин-Сере. Откуда же они могли прийти, как не из Лон-Сера?

— Понятия не имею,— прямодушно призналась Шивонн. — Но это не доказывает, что они прибыли отсюда.

— Одного из чужеземцев мы взяли в плен, — продолжил Оррис. — Он из Лон-Сера и много рассказал нам о своей стране. Я привел его с собой, но он сбежал, едва мы попали в Брагор-Наль.

— Что?— перебила Мелиор. — Ты мне ничего об этом не рассказывал!

Оррис зло посмотрел на нее, но потом снова повернулся к Шивонн, не добавив больше ни слова.

— Премудрая только упомянула, что, за исключением одного человека, все захватчики мертвы, — строго произнесла Шивонн. — Я не знала, что вы взяли пленника и что он лон-серского происхождения. Тем не менее этого недостаточно, чтобы утверждать, будто его послал кто-то из нашей страны. Многие наши люди становятся наемниками. Потентаты Аббориджа могут это подтвердить.

— Он был послан моим оверлордом, — вмешалась Мелиор, перейдя на Лонмир. — Его зовут Седрик.

— Ты это знаешь наверняка? — посмотрев на нее с нескрываемым любопытством, уточнила Шивонн.