Если начну отказываться, то либо не поверит, попеняет на стеснительность, и все те же истории о прожитых годах и былых чувствах. Я просто сил больше потрачу. Либо поверит, но начнет сомневаться в том, что я вообще путешествую с парнями. А это много хуже. Ведь не только ужина не получу, но и комнаты лишусь.

– Да, хорошее время молодость, не то, что я сейчас...
– продолжала женщина, не замечая того, что я ее почти не слушаю.

– Ну, что вы, вы и сейчас прекрасно выглядите. Всем бы так!
– я не успела развить свою мысль. А ведь в перспективе планировалось сказать, что Клиянна прекрасный человек, и я бы хотела послушать истории о ее молодости... за хорошим ужином (в моем случае, за завтраком), например.

– Открылись двери, и в трактир зашел посетитель. Все внимание Клиянны переключилось на него:

– Что там? Как?
– первым делом вырвалось у женщины.

– Да, я сам не знаю. Вот и волнуюсь: младший сын пошел.

– Торберт?
– спросила трактирщица.

– Да, он. Не смогла мать уговорить остаться. Оно и правильно: нечего под юбкой отсиживаться! Взрослый уже. Восемнадцать этой весной стукнуло. Мы еще у тебя справляли, - старик помолчал, затем попросил - плесни наливочки. А -то сердце нет, нет, да сожмется. Виданное ли дело, с нечестью столкнуться. А вдруг сил не хватит...

– Заходи, конечно, налью я тебе. Вот как раз...
– Клиянна продолжала говорить что-то, но я уже не обращала ни на нее, ни на посетителя внимания.

А если им действительно не хватит сил?! Что-то сомневаюсь я, что бы огонь, да речи фанатиков представляли серьезную опасность для призраков. Они же не материальны. А слова: "повергли обитателей леса духов в трепет" не имеют ничего общего с действительностью. Грэг... тот призраков даже в глаза не видел. А Фред... Что-то кольнуло в груди. Нет! Я мотнула головой и повернулась в сторону лестницы.

Ну, и пусть погибает!. Он ведь обманул меня, а затем еще и... Будем считать, что Духи отомстят за... хм..., как бы сказали в романах, за мою поруганную честь, или еще за что-нибудь пафосное. Я открыла замок на двери и зашла в свою комнату.

"Но ведь с призраками сражается не только Фред, но и многие другие! Они тоже могут погибнуть, - пронзила меня внезапно ужасная мысль.
– Как же Грэг, восемнадцатилетний Торберт и другие. Они ведь не колдуны, с их силой и безразличием к чужому горю, а простые люди".

Я протянула руку к двери с намерением открыть ее и тут же замерла: "Какая глупость!"

Чем я смогла бы помочь, даже если бы захотела. Правая рука все еще тянулась к замку с, зажатым в пальцах, ключом. Но я резко ударила ее левой. Затем, подумав, совсем отошла от двери и присела на кровать. Желания засыпать не было (только ведь недавно проснулась), но я упрямо легла на одеяло и закрыла глаза.

Волнение захлестывало меня. Но желания поддаваться ему, и впадать в панику не было. Я вообще очень упрямый человек. И стараюсь поступать разумно, а, не полагаясь на обманчивую интуицию. Я закрыла глаза: нужно подумать о чем-то помимо леса призраков и... Фреда. Рха'л!

О-о! Предадимся мечтам. Почему бы и нет...

... В одной стране жил могущественный король. Он держал в повиновении тысячи людей. Был любим многими. Но на душе была грусть: приближалась старость, а детей все не было...

Я попыталась нарисовать в воображении лицо сказочного короля, но вместо этого увидела лицо одного хорошего знакомого. Нет, это уже слишком! Неужели колдуны научились в чужие мечты проникать? Я резко встала и подошла к окну: может, вид природы заставит меня успокоиться, перестать нервно поглаживать плечи и изводить себя нелепыми мыслями.

Солнце уже садилось, и я могла наслаждаться прекрасным закатом. Могла, но не наслаждалась. Я нервничала и вглядывалась в пустые улицы в надежде увидеть усталые, но довольные лица, возвращавшихся с леса людей. И каждый раз, не замечая ничего и никого нового, вздрагивала, боролась с желанием вскочить и побежать. Тогда пальцы впивались в деревянный подоконник, останавливая меня, на миг приводя в чувство. А затем снова...

Я тяжело задышала, постаралась привести мысли в порядок... Но потерпела неудачу в своем начинании. В голове все перемешалось. Ни осталось как таковых, ни мыслей, ни чувств.

"Сейчас что-то произойдет, - внезапно с неожиданной ясностью осознала я.
– Так не может долго продолжаться".

Зашло солнце. И мир вокруг потерял последний смысл. Он стал сосредоточием красок, как будто художник бездумно вылил на холст всю свою палитру.

Я встала.

Второй раз Фреда разбудило солнце. Но это произошло днем, так что, на тот момент мужчина уже восстановил силы и не чувствовал себя таким убитым, как ночью.