— Нет? — удивилась Висиния. А Стен спросил:

— Каковы твои планы, дириец?

— Мне нужно поговорить с троллями и с тобой тоже, Стен, — ответил рыжий. — Дальше… я не знаю, но этот Мардев… Звучит как-то неуютно. Не совсем то место, где я хотел бы провести зиму.

— Будет война, Сарган, — настойчиво напомнил ему Стен. — А тебя видели при нападении на крепость Ремис. Цорпад велит четвертовать тебя, если поймает.

— Тогда мне лучше избегать встречи с ним, да? — пошутил Сарган, но потом вдруг серьезно произнес: — Ты прав, но война дойдет и к вам в Дезу, а я не воин. Как-нибудь пробьюсь.

— Как хочешь, — сказал Стен. — Ты — свободный человек. Может быть, ты и не воин, но и не писатель.

— Нет, но об этом мы поговорим позже, — ответил дириец. Стен настороженно посмотрел на рыжего чужестранца.

Флорес сказала:

— Он спас меня, когда тролли хотели убить. Его трудно разгадать, но в некоторой степени он… на нашей стороне, да?

— В некоторой степени — да, — согласился с ней Сарган.

— Хорошо. Как бы там ни было, не думай, что перестану следить за тобой, дириец, — с вздохом сказал Стен.

— Ни в коем случае, — обезоруживающе улыбнулся Сарган, — ни в коем случае.

Прошло некоторое время, прежде чем люди поймали лошадей. Стен и Флорес отнесли трупы восьми масридов к краю леса и положили там в ряд. Стрелы чудесным образом исчезли. Но раны говорили сами за себя. У некоторых были пробиты доспехи, у других смертельные ранения зияли на лице или на шее. На каждого всадника винаи не потратили больше одной стрелы. Стен содрогнулся при мысли о смертоносной меткости эльфов.

— У них не было шансов выжить, — пробормотала Флорес.

— Да. Их не видно, но человек почему-то мертв, — качая головой, сказал Стен.

— Мы должны обыскать их, вдруг что-нибудь нам понадобится, — предложила Флорес, и Стен удивленно посмотрел на сестру.

— Ты имеешь в виду — ограбить?…

— Нет, обыскать! Батюшки мои, ты живешь в постоянных сражениях и хочешь сказать, что убить этих масридских свиней — в порядке вещей, но забрать у мертвых оружие нельзя?

— Я подумал только… Ладно, забудь.

Они забрали у погибших оружие, части доспехов и прочее полезное снаряжение, накидки, одежду и отнесли все к хижине.

— Мы не можем похоронить их, — извиняясь, сказал Стен Вангелиу. — Их слишком много.

— Не беспокойся, мой мальчик, об этом я позабочусь, — успокоил его старый прорицатель. — Вы можете просто исчезнуть отсюда, а я приберусь.

Когда совсем стемнело и мир утратил последние краски, вернулись насквозь промокшие Костин и Лейка, под уздцы они вели пять лошадей. Вскоре все было готово для дальней дороги.

— Будь молодцом, братец, — прошептала Флорес на ухо Стену, обнимая на прощание. — Удачного пути.

— И тебе доброго пути, Флорес, — серьезно ответил Стен и посмотрел на нее с печальной улыбкой.

Флорес развернулась и запрыгнула на своего коня. Костин и Лейка приветственно коснулись лба, а Сухаи похлопал Стена по плечу здоровой рукой.

— Спасибо, Стен сал Дабран. Доброго пути!

— Удачного пути вам всем, — попрощался Стен и повернулся к Висинии, которая внимательно смотрела на него темными глазами.

Даже в накидке масридского воина, с мокрыми волосами и бледным, усталым лицом она казалась Стену красивее любой королевы из легенды. Она молча подошла к нему и нежно убрала мокрые пряди со лба. Он схватил ее руку и на мгновение прижал к щеке.

— Будь осторожен, — сказала она. — Пообещай мне.

— Обещаю, — поклялся Стен.

— Врешь, как всегда, — улыбнулась Висиния.

Юный воин усмехнулся.

— Только не делай такое лицо, словно ты меня больше не увидишь.

Она улыбнулась, вспомнив, что уже говорила ему такие же слова целую вечность назад. Девушка коснулась пальцами лица Стена.

— Наши пути темны и полны опасностей. Я не хочу потерять тебя вновь, Стен.

«Духи знают, как я не хочу тебя покидать!», — подумал Стен, но вслух сказал:

— Ты не потеряешь. Я приеду в Дезу так быстро, как только смогу.

Он помедлил мгновение. Затем обнял ее. Рыжеволосая влахака обвила руками шею юноши, и они замерли так на одно бесконечное мгновение.

— Удачного пути тебе, Стен сал Дабран, — прошептала Висиния.

— Удачного пути тебе, Висиния сал Сарес.

После этого она отвернулась. Стену показалось, что он заметил блеск в ее глазах. «Неужели она плачет?» — удивился воин.