Шрифт:
– Ну ладно, ребяты, пойдёмте. Только учтите! Хоть как меня пытайте!!, но гуманоидом я не стану!!! – театрально разорялся он. – Не стану! Так и знайте!! Я парень крепкий.
пятая глава ЧЕЛОВЕК ИЗ ПРОШЛОГО
– Да ты радоваться должен! – говорил ему по пути длинный.
– Чему мне радоваться-то?! Что ещё полтретьего ночи? Ладно, щас кукарекать начну.
– Ты знаешь, почему вот это вот по воздуху плывёт? – имел в виду "рабочий" (напарник) поток зелёного зловония.
– Знаю, потому что…
– Потому что все в это время спят непробудным сном. А эта штука помогает им не просыпаться.
– А мы чё делаем?
– И только избранные не выдерживают ВОНИ и просыпаются. И, естественно, идут сюда. Избранные! Понял?
– Ещё бы! Не успел родиться, а уже мечтал стать ИЗБРАННЫМ! – как всегда иронизировал Кидов.
– Не, ты тупоголовый парень, – признался ему длинный. – Тебе родиться надо было где-нибудь… в Африке, в реке Конго. Или, лучше, на луне, и упасть с неё…
– Так чё ж ты там не родился?
Следующей ночью ВОНЬ не пробудила его; он как будто уже привык к ней. Просто ему опять снился завод. Но сон был уже несколько другим. Совсем другим.
Перед сном ему вспомнилось его "становление"…
…Но перед становлением ему встретился один… старый друг…
– Лёха, ты что ли?! – услышал Кидов за собой очень знакомый голос. Обернулся…
– Виталя… Ё-моё! Ты откуда здесь взялся?
Виталя был другом всего детства Кидова. Но совершенно неожиданно распорядились события и Виталя уехал в другой город…
– Командировался, мать их!…
– Как? Не понял…
– Ну, на химии.
– А. Привлекли.
– Привлекли!… Месяц с червонцем дали. Отмазался. И меня сюда, на химию. Под амнуху попал… Да, ладно, – решил он сменить тему разговора. – Расскажи лучше, как поживаешь.
– Да вроде нехреново… Ты давно здесь?
– Седьмой год.
– А я недавно устроился. Завод здесь какой-то прикольный. А?
– Ничё, поработаешь… посмотришь.
– Если что, то взял да и уволился, да?
– Да чё ты будешь прыгать с места на место! Устроился – поработай. Это по первости так, потом привыкнешь.
– Да? А говорят, отсюда не уволишься.
– Правильно говорят.
– Почему, правильно?
– Лучше не увольняться. – Его советы уже начинали попахивать зловещностью.
– А поче…
– Для тебя же лучше… Ну и для тех, кто тебя нанял.
– А может быть, Виталя, ты тогда скажешь, как худо может быть уволившемуся?
– Тебе просто не дадут уволиться. На завод этот не всех подряд нанимают.
"Только холостых? как в современных фирмах", – хотел он подшутить, вместо того, что донеслось от него в результате: – А по тридцать трете…
– Здесь зона. Понимаешь? Не войти – не выйти; всё через проходную; через "КПП". Через забор полезешь – попкари подстрелют. А мне-то что – привык уже. На третью стадию перехожу…
– Куда?
– Первая стадия, – начал объяснять Виталя, – это, когда ты устроился и чувствуешь себя в этой ГРОМАДИНЕ как рыба в океане. Вторая стадия, это когда океан постепенно превращается из небольшого озёрца в аквариум и ты уже начинаешь замечать стекло, то есть видишь реальные границы; то есть, привык – остепенился – осел… ну ты понял, в общем.
– Повзрослел, – вырвалось из Кидова само собой, – если ребёнку всё кажется большим.
– Где-то так, – безразлично поддакнул он, попытавшись не отвлекаться от рассказываемого. – И, наконец, идёт третья стадия… Это когда тебе всё обрыдло, от пылинки до самого мозга костей. Понимаешь? Через всю душу.
– То есть, рыба ты уже не аквариумная, – резюмировал Кидов, – а жаренная… или законсервированная.
– Точно! – как-то тоскливо усмехнулся тот. – Но мне-то уже условно-досрочное светит. Слабо ещё, но некоторое мерцание в конце тоннеля брезжит. Но, Лёха, боюсь, не дотяну я до свободы…
– Да брось ты! Не ты первый – не ты и последним будешь. Дотянешь! Всё уже позади осталось…
– Не всё так просто, Лёха, – перебил его Виталя своим пессимистичным тоном. – Жизнь-говно; об этом любой школьник знает. Мне как-то сон приснился, как завод этот влетал на воздух… Ты никогда не представлял себе, как заводы взлетают в воздух?…