– Боже ты мой! – опомнился он. – Что за херню я молочу! – И дальше опять не вслух: "Всё-таки, я думаю, милиция будет меня разыскив… Хотя вряд ли по этому поводу можно будет обратиться в любое ОВД (если кто узнает о месте нахождения этого пропавшего). Так они кубарем и бросятся все меня искать! Какое-нибудь определённое отделение займётся, остальные будут пописывать с последнего этажа. Так что…"

– Ты чё! – донёсся откуда-то издалека до боли знакомый голос. – Ты понимаешь, что ты делаешь?!…

Минут за 47 до этого у Кидова в голове пронеслись вот какие мысли: "Эта дорога ведёт на тот свет… – чуть ли не шептал он, сильно запыхавшись. – Нельзя дальше идти… Надо сесть и отдохнуть… Но куда? – Насколько себя знал Кидов, то он был страстным любителем прогулок пешком и в любом темпе мог идти не останавливаясь хоть двое суток подряд. Но что с ним происходило во время этого "небольшого" блуждания по лабиринтам завода?! Он измотался так, будто всё это время не ходил, а убегал от какой-то своры бешенных собак… Может какие-нибудь химические заводские "испарения" подействовали на него?…

Всё вокруг было покрыто толстыми слоями пыли; он словно находился уже где-то в будущем, на заброшенном заводе; заводе, по которому всё ещё бродят монстры (именно из-за этих, пришедших "ниоткуда" чудовищ, несколько лет назад закрыли завод…). Но это только предположения… На самом же деле Кидов чувствовал совсем другое… Всё ближе и ближе…

(он не слышал шагов… Его сердце чувствовало, как ОНО приближается. Чувство это всё сильнее и сильнее охватывало его сердце…)

…как на него надвигается некое зловещее и страшное существо в человеческом обличье…

А может это ПОВЕЛИТЕЛЬ моих снов?! – кинулась вдруг мысль в голову Кидову, перед тем как он собрался быстренько подскочить и, либо приготовиться к атаке, либо продолжить свой бесконечный путь, но уже бегом.

Какой, на хрен, ПОВЕЛИТЕЛЬ?! – тут же одёрнул он себя. – Я ж, по-моему, не сплю…

…Но он всё-таки продолжил путь… (путь в никуда)

И продолжалось всё это не меньше получаса…

– Ты понимаешь, что ты делаешь?! – расслышал Кидов голос издалека.

Это был бригадир. Глаза (бешенного собаки) бригадира были уже почти на лбу, когда он совершенно неожиданно увидел здесь этого рохлю-новичка.

– Понимаю-понимаю. – И Кидов как будто действительно понимал.

– Ты где должен быть!, ёб твою мать!…

– Тихо ты! – шикнул на него Кидов. – За это статья есть.

– Чего? – не понял тот.

– За мать.

– Ты чё порешь, дурик? – усмехнулся тот.

– А ты не знал, что за кровосмешение статья есть?

– Какая статья, родный? – Бригадир уже расслабился. Ты чё городишь?

– Ну ты ж сам только что сказал, – напомнил ему Кидов, – что ты ёб твою мать.

– Ты не умничай, а подумай лучше, как отмазываться будешь. На тебя ж уже приказ составляют.

– Какой приказ?

– Ты, вообще, идиот?!

– А ты, вообще, начальник? – парировал Кидов. – Откуда тебе о приказах знать?

– Тебя больше трёх часов не было! – произнёс ему бригадир как сумасшедшему.

– Объяснительную напиш…

– …ты её щас мне – и не напишешь, а расскажешь.

– А ты сам не видишь, что я заблудился?

– А какого хера ты залез сюда?

– Понимаешь, – постарался Кидов объяснить ему причину как можно мягче, и чтоб при этом выглядеть как можно проще, – я не сам сюда залез.

– Тобой что ли залезли?

– Поумничай!

Закончилось всё тем, что бригадир отвёл его в бригаду и вскоре все разошлись по домам, и никто (ни мастер ни начальник, которого, кстати, сам Кидов даже в глаза ещё не видел) ни словом не обмолвились о его четырёх часовой отлучке.

Может тот знакомый действительно был прав, и из завода в самом деле невозможно вырваться. И его не уволят – не по собственному желанию, ни – тем более – по статье (33). Тогда-то Кидову и стало интересно, что будет, если он перестанет ходить на работу… придут ли прямо к нему домой какие-нибудь "существа" и заберут ли его…

Но понял он и другое: не всё так хорошо как кажется – если нашлась одна неприятность (бригадир-"застревающая в горле кость"), то найдутся и остальные; перед тем, как Кидову довелось покинуть территорию завода, на него взглянул какой-то незнакомый тип; взглянул очень зловеще; у Кидова в результате аж чуть сердце в пятки не ушло, когда глаза их встретились…