Он уже подходил к заводу.

– Куда? – произнесли ему на проходной автоматическим голосом.

– Я избранный, – донёсся из уст Кидова голос. Рука Кидова в это время лезла в карман за пропуском… как его (Кидова) пропустили.

Это "Я избранный" он произнёс как-то СИЛЬНО (как произносит очень опытный волшебник. Это даже не походило на действия самого сверхъестественного гипнотизёра).

Он не знал дороги; не знал лабиринта; он просто подспудно надеялся, что путь не заведёт его в тупик, и он пройдёт куда надо.

Он шёл в самую глубь, в самый центр… Но он даже и не предполагал что начало дороги в самую центральную часть этого неземного гигантского строения ещё не началось…

– А ты, вообще, куда идёшь? – донёсся вдруг до него откуда-то со стороны очень знакомый голос.

Кидов от неожиданности чуть язык не проглотил… Это был всё его мастер… Но не мастер напугал так его, а тон… Этот простой вопросик он задал ему таким голосом… и в таком тоне… который самого обыкновенного ребёнка запросто может на всю жизнь заикой оставить.

– А что? – Видимо Кидов решил показать, что не растерялся.

– "А что?", это что? – не менял тот тона.

– Короче, – продолжал хладнокровствовать Кидов, – чё случилось?

– Да ни чё. – Голос оставался прежним. – Пока, во всяком случае.

Они очень долго стояли и смотрели друг на друга, как два неприятеля. Но мастер сдался первым:

– Ладно, пойдём.

– Зачем?

– За кем. За мной.

– А если я не пойду?

– Тогда поплывёшь.

Наконец этот мастер изменил тон с голосом: – Начальнику показаться надо.

– Ну идём, покажемся, – пожал плечами Кидов, – если надо.

– А ты, вообще, зачем пришёл сюда? – полюбопытствовал по дороге мастер. – Тебя ж не вызывали.

– Ключи от дома потерял на территории завода, – нашёлся Кидов.

– Ладно, – проговорил тот, – всё равно к шефу надо.

– А он чё-то хотел?

– Ага. Тебя просил позвать.

Они уже подходили к двери в кабинет начальника цеха.

– Ну заходи, – произнёс здоровяк Кидову как обречённому.

Начальник был в кабинете один.

– Ну, рассказывай, – тут же обратился он к Кидову, едва только тот успел войти.

– Чё?

– Чё хочешь. Хочешь, анекдот какой-нибудь расскажи.

– А зачем?

– Просто. – Он явно дурака валял.

– Что произошло? – спросил Кидов начальника.

– Много чего, – ответил тот.

– Говорит, ключи потерял, – усмехнулся мастер.

– А может мы их щас поищем? – продолжал начальник. – Пойдём все вместе и поищем. А?

– Я говорю, что не помню где… – сказал Кидов.

– Ты пойдёшь щас в Африку, купишь там слона и будешь ему мозги ебать, – заметил начальник. – Понял?

– Для чего меня сюда привели? – спросил Кидов.

– А ты так и не понял? – ответил мастер. – Чтоб объяснил нам, зачем пришёл на завод, пока ты тут с нами беседуешь, а не где-нибудь с кем-нибудь… с кое-кем.

Кидов понял, что круто попался… Мастер же объяснял ему, что вход на территорию во внеурочное время (без вызова) категорически запрещён. Надо было как-то отмазываться.

– Вы знаете, – начал Кидов объяснять, – я и сам не знаю, как я попал на территорию. Во-первых, на проходной меня задержали бы как пить не дать, а пролезть в "зону" проще чем сюда – без жопы останешься…

– Так как же ты пролез? – интересовался мастер.

– По-моему, я в это время… спал…

– Ты чё, лунатик, что ли? – тут же осведомился начальник.

– Не знаю, – как можно откровеннее признался Кидов. Сказать ему больше нечего было. Насколько он себя знал, то всегда превращался в страшного неудачника, как только из уст его доносилась неправда. Так что, "в самых тупиковых ситуациях говори только правду", стало как бы одним из коллекции его жизненных девизов). – Честное слово, не знаю.

Те как-то странно переглянулись.

– По-моему, ему нельзя у нас работать, – начал начальник советоваться со здоровяком прямо при Кидове.

Тот (мастер) молчал. Исход был ясен – Кидов очень сурово нарушил закон (заводские порядки и правила), а это подсудное дело; кто его знает, зачем и – САМОЕ ГЛАВНОЕ – как он проник на территорию в это внеурочное время.

– Ладно, – продолжал начальник, набирая номер на своём нефритовом спутниковом телефоне, – что-нибудь придумаем.

– Камнев? – обратился он к трубке, набрав номер. – Тебя Лесов беспокоит… Ага… Ну давай, жду.