Она пожала плечами, усмехнулась невесело:

— Можно подумать, я кому-то мешаю. Между прочим, пока что я тут хозяйка, ясно тебе? И нечего на меня давить, а то завтра же пойду в милицию и всё расскажу, что вы тут затеяли, понятно?

Голос Тани задрожал, она вдруг расплакалась, обиженно оттолкнула мужа, когда он попытался обнять ее за плечи.

Валера виновато посмотрел на Костю:

— Ты не думай, никуда она не пойдёт.

— Не пойду, да? — Таня вскочила на ноги. — Да я прямо сейчас туда позвоню! Для вашей же пользы! Пока вы никого не убили… Хоть сами живы останетесь…

— Звони. — Муж снял с холодильника стоявший там телефонный аппарат и поставил перед ней на стол. — Прямо сейчас… — И придержал рукой Костю, попытавшегося было подняться с места. — Пусть… Ну!

— И позвоню… — всхлипывая и шмыгая носом, Таня принялась набирать номер. — Думаешь, не смогу?.. Алло, это милиция? Соедините с сорок четвёртым отделением… — И вдруг, встретившись взглядом с расширившимися, полными слез глазами Лены, швырнула трубку и опрометью выскочила из кухни, сдерживая рыдания. Лена кинулась за ней.

Ребята сидели вокруг стола как закаменевшие.

— Я пойду один, — после паузы сказал Костя брату и прислушался к голосам, доносящимся из-за стены. — Мне нужен твой пистолет.

— А если не получится? И тебя убьют? — спросил брат. — И для чего тогда винтовка?

— Если меня убьют, воспользуешься ею ты. Этот гад должен знать — за что. Имеет он такое право? Хоть перед смертью?.. Ты когда-нибудь стрелял из винтовки?

— Я стрелял… — напомнил Валера. — В огневом городке, вместе с тобой, забыл?

— Он, — указал Костя на брата. — Он пойдет после меня. Пока его не заметут или не шлёпнут. И только потом ты, если не передумаешь. Пока их всех, пятерых… — Костя замолчал, словно захлебнувшись переполнявшей его ненавистью.

…Утром они вышли из дома втроём — Костя, Митя и Лена. На полпути Костя вдруг остановился и внимательно оглядел брата.

— Не надо бы, чтобы нас вместе видели, — сказал он. — Зря только обращаем на себя внимание сходством… А особенно тем, что даже одеты одинаково, как в детдоме. Ты знаешь что? Ты давай иди вперед, а дальше действуй, как договаривались…

Митя кивнул и пошел вперед. Костя критически посмотрел ему вслед.

— Зря я это затеял… — сказал он вполголоса. — Надо было его дома оставить. Но если меня убьют, выйдешь за него, ясно?

Лена дрожала от озноба. Все эти дни она никак не могла унять внутреннюю дрожь. Он посмотрел на ее бледное, с синевой лицо.

— И тебя тоже зря взял, — вздохнул он и обнял её за плечи.

— А вдруг ты ошибешься, — сказала она. — Ты же его видел в бинокль, в форме.

— Ну ладно, — Костя решительно привлек жену к себе. — Что мы действительно все об одном да об одном… Скорее бы. А то затянулось… Да и тебе в больницу пора.

— Мне уже лучше… — Она положила голову на его плечо. — Правда, я не вру. Уколы хорошие, спасибо Тане… Выделения почти прекратились. И болит только вечером или когда сумку подниму… — и вдруг оборвала сама себя. — Я хочу быть с тобой при этом, понимаешь?

…Капитан Кравцов жил неподалеку от метро «Выхино». Они рассчитали время, когда он должен был вернуться домой с дежурства, и Костя решил дождаться его у подъезда.

— Ты только близко не подходи, — сказал Костя жене. — От тебя всего и нужно-то, чтобы ты его узнала. Чтоб без ошибки. И всё. Дашь сигнал, если это он.

Они уже знали, что Геннадий Кравцов должен приехать на своей «Ниве» к самому дому. Там, возле подъезда, Костя и собирался к нему подойти, а после выстрела скрыться ближайшим проходным двором на соседней улице.

Мите тем временем отведено было находиться в пивном баре в трех кварталах от места события. И постараться как следует запомниться посетителям на тот случай, если кто-то покажет на его брата как на стрелявшего в Кравцова.

Свидетелей тому, что покушавшийся в это время находился у всех на виду совсем в другом месте, окажется куда больше… И доводы их будут весьма убедительными.

Таков был их план.

Кравцов подъехал к своему дому почти минута в минуту, как они и рассчитывали. Как если бы заранее условились с ним о встрече. Костя на мгновение встретился глазами с Леной и отвел взгляд, покачав головой. Нет, по-другому уже ничего не будет.

Не спуская взгляда с машины Кравцова, он постарался периферическим зрением осмотреть двор. Рядом оживленная автотрасса. Какие-то бабки что-то оживленно обсуждают, сидя на скамейках на детской площадке. До них метров пятьдесят. Рядом играют, носятся их внуки… Пистолет Макарова, если стрелять из рукава, особого шума не произведет. Будет похоже на выхлоп автомобильного двигателя, к которым здесь наверняка привыкли.