Ник немного смутился.

— Я попробую объяснить, что такое Рождество, но после того как достану кое-какие вещи из своей машины. Можно я надену пальто?

Зи обернулась и посмотрела в маленькое окошко.

— Град прекратился. Теперь из дома можно выйти. Я помогу вам, но мы должны сделать это быстро.

Вам нет нужды идти со мной. Вы можете простудиться, — пытался остановить ее Ник. — Мне понадобится выйти всего два раза, чтобы выгрузить вещи.

— Я не простужусь.

Зи набросила накидку с капюшоном из какой-то мягкой зеленой кожи, сшитую из множества маленьких шкурок. Девушка что-то сказала детям, а они засмеялись и надели такие же плащи, только поменьше. Накинув капюшоны, все трое стали немного похожи на семью тирольских гномов.

Ник открыл было рот, чтобы высказаться против выхода детей из дома в непогоду, но все же сдержался. Такая настойчивость делала его похожим на назойливого человека, который вмешивается в чужие дела. Не ему решать, что для этих детей лучше. Хотя Ник жалел, что не мог настоять на своем. Возможно, он действовал, как врач, но почему-то считал себя ответственным за эту маленькую цыганскую семью, встретившуюся на его пути.

Голос в голове Ника молчал. Но, увидев отражение в окне, врач заметил, что призрак за ним наблюдает и доволен происходящим. Это насторожило Ника, но вскоре он забыл об этом, ведь здесь не было никакой опасности.

Этим вечером Нику явно не везло. Он поскользнулся на замерзшей тропинке и упал в сугроб, присыпанный градом. Гензель и Гретель подумали, что это такая игра, и тут же с радостными криками прыгнули вслед за ним. Ник крякнул, когда дети приземлились на него. К счастью, они ничего ему не повредили. К тому же снег под ним немного ослабил силу удара. Дети походили на мешки с песком, и это отличало их от других малышей, с которыми он когда-либо сталкивался. Их тела были очень твердыми.

Зи упрекнула своих брата и сестру и оттащила их от сугроба, но Нику показалось, что ее глаза радостно вспыхнули, когда она увидела его в снегу. Стараясь выглядеть достойно, Ник поднялся на ноги и отряхнулся. Зи и дети помогли ему. Гензель и Гретель были полны энтузиазма. Они наверняка отлично справились бы с детским праздничным набором подарков, подвешенным в глиняном горшке. Его нужно было найти и разбить с закрытыми глазами.

Ник достал свой вещевой мешок и запасы продуктов для яичного коктейля. Он чуть не схватил корзину с заднего сиденья, но вдруг ему в голову пришла блестящая идея. Дети не могли бодрствовать долго. Когда они лягут спать, Ник, словно добрый Санта, приготовит им подарки. Наверное, Гензель еще мал для радиоуправляемой машинки, а Гретель не сумеет одеть миниатюрную медведицу без посторонней помощи, но все равно они получат подарки рождественским утром. Может, Ник найдет какие-нибудь носки — или даже воспользуется своими собственными — и положит в них немного белого шоколада и сушеных абрикосов.

Вдруг ощутив восторг из-за того, что оказался отрезанным от мира в канун Рождества, Ник захлопнул багажник своего автомобиля и осторожно пошел к хижине.

— Ник, отведи детей в дом, — попросила Зи. — Я хочу набрать еще дров.

— Подожди, я тебе помогу, — предложил он.

— Нет! — Зи произнесла это резко и слегка взволнованно. — Я знаю, где лес. Это недалеко отсюда. Дети не должны оставаться одни, им ведь пришлось многое испытать.

Ник как раз остановился у двери хижины и, обернувшись, Ник смотрел на Зи, держа в руках свою коробку с припасами. Он хотел поспорить с ней, но она метнула быстрые взгляды сначала на детей, а потом на темный лес, и Ник понял, что сейчас момент был неподходящим. Она не хотела, чтобы Гензель и Гретель шли в лес, но оставлять их одних тоже боялась. Нельзя было оставлять детей одних у открытого огня. Но ему не правилось, что Зи пойдет в лес одна — ведь ее явно что-то беспокоило. Вряд ли у нее был фонарик и оружие.

Неожиданно Нику в голову пришло разумное объяснение. Охотничий сезон еще не наступил, но это не мешало браконьерам убивать оленей. Возможно, поблизости лежит разлагающийся труп оленя и Зи не хочет, чтобы дети его увидели.

— Давай я пойду вместо тебя, — осторожно предложил он. — Расскажи мне, где это.

— Я знаю, где лес, — повторила Зи, качая головой. Из-за огня камина, отражающегося в окне, ее длинные распущенные полосы загадочно блестели. — Ты не найдешь в темноте.

— Тогда хотя бы подожди, пока я принесу фонарик из машины.

— Все в порядке, небо прояснилось. — Зи указала вверх открытой ладонью. И, как ни странно, она не ошиблась. Буря закончилась поразительно внезапно. В ночном небе ярко сияли крупные звезды.

— Свет луны освещает дорогу.

— Хорошо, — наконец согласился Ник, почувствовав, что его ноги коченеют, а все тело дрожит от холода. — Но не задерживайся. Если не вернешься через десять минут, я пойду тебя искать.

— Я не задержусь, — пообещала Зи, прикоснувшись к его руке и наградив благодарной улыбкой.

Хотя Нику не терпелось побыстрее согреться, он не сводил с нее глаз, пока она не скрылась в лесу. Зи походила на прекрасную фею, исчезающую в сказочном зачарованном лесу. На одно безумное мгновение Нику показалось, что она бросает его с детьми и никогда уже не вернется.

— Это Рождество? — Гретель понюхала коробок, который доктор держал в руках. — Хорошо пахнет.

Забыв о своей странной фантазии, Ник посмотрел вниз.

— Это часть Рождества, — пояснил он. — Пойдемте в дом. Я переоденусь, а потом покажу вам, как готовить яичный коктейль. Ваш первый яичный коктейль, — поспешно добавил врач.